Под ногами Земля

Александр Шалимов. Мастер короткого рассказа

    Его собственный путь в литературе, в рамках отмеренной ему жизни, был обидно коротким. В 1964 году Лениздат выпустил его первую книгу — «Молекулярное кафе», в 1974 году мастера не стало. Всего несколько небольших книг рассказов успел он опубликовать при жизни. Теперь они издаются и переиздаются во многих странах и будут переиздаваться, потому что Илья Варшавский — это особое явление в нашей научной фантастике.

АЛЬБОМ

    Тридцать пять лет тому назад я написал книгу.
    Теперь она мне кажется очень наивной. Это были путевые заметки ребенка, пытавшегося смотреть на мир глазами взрослого.
    Может быть, это и прельстило редактора издательства, решившего выпустить ее большим тиражом.
    Авторский экземпляр я подарил с соответствующей надписью моей невесте.
    Сейчас у нас эта книжка хранится вместе с другими реликвиями ушедшей молодости.

ЧАС В ЭФИРЕ

Автобиографический этюд для тех,
кто интересуется личной жизнью автора

СУДЬЯ

В одном можно было не сомневаться: меня ждал скорый и беспристрастный суд.
    Я был первым подсудимым, представшим перед Верховным Электронным Судьей Дономаги.
    Уже через несколько минут допроса я понял, что не в силах больше лгать и изворачиваться.
    Вопросы следовали один за другим с чудовищной скоростью, и в каждом из них для меня таилась новая ловушка. Хитроумная машина искусно плела паутину из противоречий в моих показаниях.

ГОМУНКУЛУС

   Я проснулся от звонка телефона. На светящемся циферблате будильника часовая стрелка перешла за два часа. Не понимая, кто может звонить так поздно, я снял трубку.
     — Наконец-то вы проснулись!— услышал я взволнованный голос Смирнова.— Прошу вас немедленно ко мне приехать!
     — Что случилось?
     — Произошло несчастье. Сбежал Гомункулус. Он обуреваем жаждой разрушения, и я боюсь даже подумать о том, что он способен натворить в таком состоянии.

НОВОЕ О ШЕРЛОКЕ ХОЛМСЕ

Лондонское воскресенье всегда полно скуки, но если к этому добавляется дождь, то оно становится невыносимым.
    Мы с Холмсом коротали воскресный день в нашей квартире на Беккер-стрит. Великий сыщик смотрел в окно, барабаня своими тонкими длинными пальцами по стеклу.
    Наконец он прервал затянувшееся молчание:
    — Не раздумывали ли вы, Ватсон, насчет неравноценности человеческих потерь?
    — Я не вполне вас понимаю, Холмс.

Ленты новостей