Призраки

Ваша оценка: Нет Средняя: 4 (1 голос)

  Придя домой, он снял обувь, костюм и белье и бродил их в ящик утилизатора.
    Эта процедура каждый раз вызывала у него неприятное чувство. Странная привязанность к вещам. Особенно жалко ему было расставаться с обувью. Он страдал плоскостопием, и даже ортопедические ботинки становились удобными только к вечеру, когда их нужно было выбрасывать. Однако пункт первый Санитарных правил предписывал ежедневную смену одежды.
    Приняв душ, он облачился в свежую пижаму.
    Старая вместе с купальной простыней тоже отправилась в утилизатор. Несколько минут он и нерешительности стоял перед установкой искусственного климата. Затем, поставив рычажок против надписи: "Берег моря", лег в постель.
    Ему смертельно хотелось спать, но он знал, что эта ночь, как и предыдущие, пройдет без сна. Стоило ему закрыть глаза, как все, что он пытался подавить в себе днем, вновь овладевало его помыслами.
    Очевидно, он все-таки уснул, потому что когда снова открыл глаза, стрелка на светящемся циферблате показывала три часа.
    Больше ждать он не мог. С тяжело бьющимся сердцем он подошел к пульту и нажал кнопку вызова.
    Возникшее в фокальном объеме изображение девушки улыбнулось ему, как старому знакомому.
    — Слушаю.
    — Одежду на сегодня, — сказал он хриплым голосом.
    — Микроклимат номер двадцать шесть. Одежда восемь или двенадцать.
    — Нельзя ли что-нибудь полегче?
    — Рабочую одежду?
    — Да.
    — В котором часу вы выходите из дома?
    — Сейчас.
    — Я дам вам комбинезон и свитер. На улице еще прохладно. В десять часов можете бросить свитер в ближайший утилизатор.
    — Хорошо.
    Он открыл дверцу контейнера и взял пакет с одеждой.
    — Что вы хотите на завтрак?
    "Сейчас, — подумал он, — именно сейчас".
    — Почему вы молчите?
    — Я вас люблю!
    — Я не поняла, что вы любите. Заказные блюда — с семи часов. Ночью я вам могу предложить только то, что есть в программе.
    — Я вас люблю!
    Он шагнул вперед, но вместо белой полоски шеи с каштановыми завитками волос его губы встретила пустота, напоенная горьковатым запахом духов.
    На пульте вспыхнул красный сигнал. Методично пощелкивая, автомат отсчитывал секунды.
    — Время истекло. Повторите вызов через пять минут.
    Изображение исчезло. Он еще раз вдохнул запах ее духов и начал одеваться.
 
 

*    *    *

    Он шел мимо зданий с темными окнами по бесконечному пустынному тротуару. Загорающиеся при его приближении светильники сейчас же гасли, как только он проходил мимо. Небольшое ярко освещенное пространство впереди, и дальше — таинственный полумрак.

    Он подошел к темной витрине магазина, вспыхнувшей ярким пятном, когда его фигура пересекла инфракрасный луч, падающий на фотоэлемент.

    — Вам что-нибудь нужно?

    — Нет... то есть... вообще нужно.

    — Заходите.

    Он поднялся во второй этаж.

    Изображение белокурой продавщицы приветливо ему улыбнулось:

    — Вам нужен подарок?

    — Да.

    — Женщине?

    — Да.

    — Украшения? Цветы?

    — Нет... духи.

    — Какие духи она любит?

    — Не знаю... забыл название.

    — Не беда, найдем по каталогу. Садитесь, пожалуйста.

    Он никогда не подозревал, что на свете существует такое разнообразие запахов. И все не то, что нужно.

    — Подобрали?

    — Нет.

    — Сейчас я сменю пленку.

    Опять не то. От пряных ароматов слегка кружится голова.

    — Вот эти.

    — У вашей дамы отличный вкус. Это фрагменты вступления к двенадцатой симфонии запахов. Один флакон?

    — Да.

    Лента конвейера вынесла из мрака шкатулку и остановилась. Он открыл пробку и вылил на ладонь несколько капель янтарной жидкости.

    — Спасибо. До свидания.

    — Вы забыли взять флакон.

    — Не нужно, я передумал.

 

 

*    *    *

    Он стоял у решетки, отделявшей тротуар от автострады, на маленьком островке света, прижав ладони к лицу, вдыхая горький, терпкий запах духов.

    Рядом по автостраде мчались автомобили, темные и стремительные. Он сделал несколько шагов вдоль решетки. Пятно света двигалось за ним. Он снова попытался от него уйти, и снова оно его настигло. Он побежал. Ему казалось, что попади он туда, в темноту, — и весь этот бред, не дающий спать по ночам, кончится сам собой.

    Перебросив ноги через решетку, он прыгнул на шоссе.

    Вой сирены. Скрежет тормозов. Огромный транспарант осветил ночное небо:

     "Внимание! Человек на дороге!"

    Исполинское изображение лица с гневно сжатыми губами стремительно надвигалось на одинокую фигурку в комбинезоне.

    — Немедленно назад!

    — Хорошо.

 

 

*    *    *

    Теперь, кроме фонарей, загоравшихся при его приближении, каждые сто метров вспыхивали и гасли фиолетовые сигналы Службы Наблюдения.

    На перекрестке улиц в решетке был проход.

    Он невольно отпрянул назад, когда перед его лицом захлопнулась дверца.

    — Автомобиль заказан. Ждите здесь.

    — Не нужно. Мне... некуда ехать.

    — Заказ отменен. Выйдите из поля зрения фотоэлемента.

    Только сейчас он вспомнил, что два дня ничего не ел.

    В кабине автомата его встретило знакомое изображение толстяка в белом поварском колпаке.

    — Могу предложить только омлет, кофе и яблочный пирог. Завтраки отпускаются с семи часов.

    Он протянул руку к пульту, и вдруг ему расхотелось есть. Сейчас он нажмет кнопку, и повторится то, что было уже тысячи раз. Сначала в автомате что-то щелкнет, затем закрутятся многочисленные колеса, и на лотке появится заказанная пища. После этого последует неизменное "приятного аппетита", изображение исчезнет, и он в одиночестве будет есть.

    — Хорошо. Я возьму кофе.

    Вместо того чтобы нажать кнопку, он отогнул щиток лотка и взял дымящуюся чашку.

    Сигнал неисправности. Автомат отключился от сети.

    Внезапно кабина осветилась фиолетовым светом Службы Наблюдения.

    Теперь перед ним было строгое лицо человека в белом халате.

    — Кто вы такой?

    — Сальватор.

    — Это мне ничего не говорит. Ваш индекс?

    — Икс эм двадцать шесть сорок восемь дробь триста восемьдесят два.

    — Сейчас проверю. Поэт?

    — Да.

    — Сто сорок вторая улица, дом двести пятьдесят два, квартира семьсот три?

    — Да.

    — Вы на приеме у психиатра. Постарайтесь отвечать на все вопросы. Почему вы не спите?

    — Я не могу. У меня бессонница.

    — Давно?

    — Давно.

    — Сколько ночей?

    — Н-н-не помню.

    — Вас что-нибудь мучит?

    — Да.

    — Что?

    — Я... влюблен...

    — Она не отвечает вам взаимностью?

    — Она... не может... это... изображение...

   — Какое изображение?

   — То, что у меня дома, на пульте обслуживания.

    — Сейчас, минутку. Так, биоскульптор Ковальский, вторая премия Академии искусств, прототип неизвестен. Вы понимаете, что нельзя любить изображение, у которого даже нет прототипа?

    — Понимаю.

    — И что же?

    — Люблю.

    — Вы женаты?

    — Нет.

    — Почему? Какие-нибудь отклонения от нормы?

    — Нет... наверно... просто... я ее люблю.

    — Я дам указание Станции Обслуживания сменить вам изображение.

    — Пожалуйста, только не это!!

    — Почему вы пошли на шоссе?

    — Мне хотелось темноты. Смотреть на звезды в небе.

    — Зачем вы сломали автомат?

    — Мне трудно об этом вам говорить. Вы ведь тоже... машина?

    — Вы хотите говорить с живым врачом?

    — Да... пожалуй... это было бы лучше.

    — До тех пор, пока не будет поставлен диагноз, это невозможно. Итак, почему вы сломали автомат?

    — Я не люблю автоматы... мне кажется, что зависимость от них унижает мое достоинство.

    — Понятно. Поедете в больницу.

    — Не хочу.

    — Почему?

    — Там тоже автоматы и эти... призраки.

    — Кого вы имеете в виду?

    — Ну... изображения.

    — Мы поместим вас в отделение скрытого обслуживания.

    — Все равно... я не могу без нее.

    — Без изображения?

    — Да.

    — Но ведь оно — тоже часть автомата.

    — Я знаю.

    — Хорошо. Отправляйтесь домой. Несколько дней за вами будут наблюдать, а потом назначат лечение. Я вам вызываю автомобиль.

    — Не нужно. Я пойду пешком, только...

    — Договаривайте. У вас есть желание, которое вы боитесь высказать?

    — Да.

    — Говорите.

    — Чтобы меня оставили в покое. Пусть лучше все продолжается, как есть! Ведь я... тоже... автомат... только более высокого класса. Опытный образец, изготовленный фирмой "Бог Саваоф и К°".