8. ПАЛЬЦЫ В БУЛЬОНЕ

Голосов пока нет

Хол КЛЕМЕНТ
 

ЗВЕЗДНЫЙ СВЕТ
 

Дондрагмер, решив, что вряд ли кто-нибудь из пропавших рулевых может оказаться в непосредственной близости от главного шлюза, приказал ученым установить буровую установку рядом с ним и взять на пробу образец льда. Результат оказался неутешительным: грязь, в которой стоял "Квембли", промерзла до самого дна, по крайней мере, в том месте, где брали пробу. Оставалась надежда, что непосредственно под корпусом корабля, откуда ни тепло, ни аммиак не могли так быстро улетучиться, лед не такой толстый, а может, его даже и нет вовсе, но капитан категорически запретил запускать бур туда, ибо скорее всего рулевые находились именно там. Во-первых, они там работали, а во-вторых, будучи в другом месте, не могли не заметить, что температура стремительно падает.

Тем не менее, выяснить это наверняка возможности не было, так как связаться с ними никто не мог. Конечно же, пластмассовый корпус "Квембли" мог передавать звук, но внутренняя обшивка создавала довольно надежную звукоизоляцию. Однако отказываться даже от ничтожного шанса было нельзя, и Дондрагмер приказал матросу пройти от носа до кормы по самой нижней палубе, постукивая металлическим прутком через каждые несколько футов. 

Ни звука не раздалось в ответ, но это вовсе не означало, что рулевых нет под корпусом корабля. Погибли они? А может, звук не проникал сквозь корпус? Или те, кто находился внизу, просто не имели возможности отозваться? Никто не мог ответить на эти вопросы.

Снаружи на льду работала еще одна группа, однако капитан уже понял, что быстро они не управятся. Даже большая физическая сила месклинитов тут не поможет. Инструментом размерами примерно с кернер, каким пользуются люди, восемнадцатидюймовые, весящие двадцать футов гусеницы сумеют лишь процарапать лед вокруг корабля по окружности примерно в двести пятьдесят футов. А сколько времени займет очистка двигателей, тележек и управляющих тросов - этого никто даже не мог представить.

В воздух опять поднялся второй вертолет, и снова за пультом управления находился Реффел. Передатчик по-прежнему оставался на борту, и люди столь же пристально, как и пилот, всматривались в ландшафт, освещаемый прожекторами маленькой машины. И так же, как и он, они яростно проклинали долгие ночи Дхрауна. До конца этой, уже принесшей множество бед, оставалось еще более шестисот часов, а пока не взойдет солнце, говорить о целенаправленном поиске не приходилось.

Чтобы прожекторы были хоть сколько-нибудь полезными, их приходилось направлять так, чтобы они испускали узкий луч света, озаряющий круг не более нескольких сотен футов в поперечнике. Реффел летел на запад медленно, зигзагами, заставляя этот круг перемещаться то к одной, то к другой стороне долины. На станции высоко наверху телевизионное изображение, поступавшее с его передатчика, записывалось с экрана и копировалось для топографов. Они уже с явным интересом изучали структуру периодического потока в долине при тяготении сорок земных "g". Что же касалось поиска пропавшего Кервенсера, то прошло еще слишком мало времени, чтобы можно было ожидать каких-то конкретных результатов.

Дондрагмер действительно не слишком беспокоился о своем первом офицере и рулевых, поскольку сильные эмоции (в человеческом понимании) были ему чужды. То, что он испытывал по отношению к ним, правильнее назвать заинтересованностью. К тому же он сделал все, что от него зависело, и на время забыл о пропавших членах команды. Более всего его сейчас заботили два вопроса, на которые он хотел бы получить предельно точный ответ: как скоро может растаять лед и, следовательно, как скоро наступит очередной паводок.

Но даже и эти жизненно важные вопросы отодвигались на второй план, когда он задумывался над тем, как побыстрее и с наименьшими затратами сил освободить корабль ото льда. Поставив эту задачу и перед людьми, и перед месклинитскими учеными, он все же не преминул напомнить последним, что ее решение не должно отвлекать их от основных исследований. Дондрагмер не был в действительности хладнокровным, но в его систему ценностей входило понятие полезности, то есть, даже погибая, он должен был приносить пользу.

Люди на такое удивительно объективное и нечеловечески спокойное поведение реагировали по-разному. Метеорологи и планетологи сочли его само собой разумеющимся. Большинство из них, наверное, даже и не понимало, в сколь бедственном положении оказался "Квембли", не говоря уже о пропавших месклинитах. Изи Хоффман, оставшаяся на вахте после сообщения Барленнану нескольких данных, по свидетельству Аукойна, совершенно не удивилась. Она с искренним уважением отнеслась к способности капитана избегать паники в опасной для него и других ситуации.

Однако ее сын испытывал совершенно иные чувства по этому поводу. Макдевитт, чуткий и тактичный человек, знавший о зародившейся дружбе между Бенджем и Битчермарлфом, временно освободил его от работы в аэрологической лаборатории, и юноша ни на секунду не покидал отсек связи.

Он безмолвно наблюдал за тем, как Дондрагмер отправляет вертолет на разведку, формирует и посылает группы колоть лед. Он даже немного заинтересовался обменом идеями между учеными-людьми и месклинитскими учеными. Макдевитту не очень хотелось составлять дополнительный метеопрогноз, ибо он сознавал, что его профессиональная репутация совсем недавно и так уже пострадала, однако он обещал постараться. Когда все эти дела были улажены и Дондрагмер, казалось, более ничего не хотел, кроме как находиться на своем мостике и ожидать естественного развития событий, Бендж начал проявлять нетерпение. Терпению - ближайшему человеческому эквиваленту одного из основных качеств месклинитов, юноше еще нужно было поучиться. Несколько минут он беспокойно ерзал в своем кресле перед экранами, надеясь, что хоть что-нибудь произойдет. Наконец он уже больше не мог сдерживать свои чувства.

- Если больше ни у кого нет срочного материала для передачи, можно ли мне поговорить с Доном и его учеными? - спросил он.

Изи взглянула на него, а затем на других. Присутствующие мужчины либо пожали плечами, либо как-то иначе показали, что им все равно, и тогда она разрешающе кивнула:

- Давай. Правда, я не знаю, расположен ли кто-нибудь из них к обычной болтовне, но в худшем случае они прямо скажут тебе об этом.

Бендж не стал попусту тратить время на объяснения, о чем он собирается говорить. Он переключил свой микрофон на передатчик, находившийся на командном посту Дондрагмера:

- Дон, это Бендж Хоффман. Сейчас у тебя лишь одна группа матросов скалывает лед у кормы "Квембли". В его энергоблоках имеется такое количество энергии, которое превышает все, что могла бы выработать с помощью своих линий планета месклинитов за год. Ваши ученые подумали об использовании конвертеров, чтобы привести в действие ту буровую установку для сбора проб, или как нагревателя? Далее. Ваши матросы только скалывают лед или же специально пытаются пробраться под корпус, чтобы найти Битчермарлфа и Такуурча? Я знаю, что важно высвободить "Квембли", но ведь лед все равно когда-нибудь придется убирать. Мне кажется, вполне вероятно, что какая-то часть воды под кораблем пока не замерзла и что оба ваших матроса по-прежнему живы и находятся в ней. Вы пробиваете тоннель или только роете канаву?

Некоторые из людей, слушавших этот разговор, слегка нахмурились, полагая, что юноша слишком резок, но никто не счел необходимым прервать либо предостеречь его. Большинство из них взглянули на Изи и решили воздержаться от замечаний в адрес ее сына. В конце концов, никто не осуждал Бенджа. Всех интересовало то, о чем он спрашивал, но никому не хотелось задавать вопросы.

Как обычно при сеансах связи между станцией и Дхрауном, у Бенджа оставалось достаточно времени, пока он ожидал ответа, чтобы обдумать следующие вопросы и тщательно подобрать слова для своих реплик.

Большинство взрослых из собственного опыта знали, что происходило сейчас с юношей, некоторые были довольны, и у всех он вызывал искреннюю симпатию. Несколько человек поспорили, что он не совладает с искушением и повторит свое послание чуть-чуть в другой форме, прежде чем придет ответ. Когда же из громкоговорителя зазвучал ответ Дондрагмера, а Бендж по-прежнему молчал, никто не развеселился, но те, кто знал Изи лучше всех, поняли по выражению ее лица, что она довольна сыном. Она не осмелилась поспорить даже сама с собой.

- Привет, Бендж. Мы делаем все, что можем, как для рулевых, так и для моего первого офицера. Боюсь, энергию корабля нельзя использовать, чтобы привести в действие какое-либо оборудование. Электрический ток нужен для освещения, к тому же без него остановятся тележки, что, уверен, ты хорошо знаешь, но для другого нашего обычного оборудования он бесполезен. Остаются только вертолеты, кое-что из исследовательских приборов лаборатории и прожекторы. Даже если мы придумаем способ, как с помощью двигателей расколоть лед, то все равно не сможем до них добраться. Все двигатели находятся подо льдом. Не забывай, Бендж, мы сознательно отказались, насколько это возможно, от действительно сложного оборудования. Почти все имеющееся у нас на планете, что мы не могли изготовить сами, напрямую связано с вашим исследовательским проектом.

Иба Хоффмана не было в эту минуту рядом, и он не слышал последней фразы, о чем можно лишь сожалеть. Позже он замучил сына вопросами и просьбами как можно более точно повторить то, что сказал Дондрагмер.

- Я знаю об этом, но...

Бендж замолчал. Все слова, которые он так тщательно подбирал, казалось, потеряли смысл. Он знал, что прожекторы нельзя использовать как нагреватели. Это были электролюминесцентные приборы, а не обычные лампы накаливания или дуговые лампы. От них требовался не только неограниченный срок эксплуатации, но и безотказная работа в условиях атмосферы Дхрауна с ее свободным кислородом и огромными перепадами давления, чтобы не причинить вреда месклинитам. Если бы Битчермарлф понимал это, он, возможно, потратил бы меньше времени впустую.

- А если попробовать просто пропустить ток от конвертера сквозь какие-нибудь толстые провода, чтобы растопить лед? Или даже пропустить ток прямо через воду? Там еще должно оставаться достаточное количество аммиака, который послужит проводником.

Снова наступила пауза, а Бендж думал, насколько точно он выразил свои мысли.

- Я не уверен, что хорошо знаком с этим разделом физики, хотя, полагаю, Бордендер и его коллеги знают намного больше, - с оттенком сомнения ответил Дондрагмер. - Кроме того, я не представляю, что мы могли бы использовать в качестве проводов, и какой при этом будет протекать ток. Я знаю, что когда энергоблоки присоединены к обычному оборудованию вроде прожекторов или двигателей, то в этом случае предусмотрена автоматическая система безопасности, однако я понятия не имею, как они работают, и вообще будут ли работать при простом прямом последовательном подсоединении. Если ты разузнаешь у ваших инженеров, насколько велика опасность аварии, я буду очень тебе благодарен. Но, повторяю, нам нечего использовать в качестве проводов. На "Квембли" вообще очень мало металла. Наши припасы в основном состоят из канатов, тканей и дерева. И, конечно, нет ничего, что специально предназначалось бы для подачи мощного электрического тока. Возможно, ты и прав, предлагая пропустить ток прямо через воду, но неужели ты забыл, что, вполне вероятно, Битчермарлф и Такуурч находятся где-то подо льдом? Хотя я и не думаю, что они могут оказаться в непосредственной близости от проводника, но ручаться за их безопасность все же не могу. И здесь тоже один из ваших ученых, наверное, смог бы помочь. Если ты узнаешь и достаточно подробно передашь нам точные сведения и дельные рекомендации, как решить эту задачу, я с радостью последую вашим советам. Пока же я могу тебе сказать: мы делаем все, что можем. Я так же беспокоюсь о "Квембли", Кервенсере, Битчермарлфе, Такуурче, как, наверное, и ты.

В этом, конечно, капитан был не совсем прав, но обвинять его в сознательной лжи нельзя. Просто не дано ему было по-настоящему понять, как дружба может стать такой близкой за такое короткое время, тем более что друзья даже и не встречались. На его родной планете не существовало ни почты, ни любительского радио. Он, впрочем, знал, что теплые отношения могут завязаться у существ, которые общаются только с помощью видеосвязи, все-таки у них с Барленнаном был опыт, когда Чарлз Лэкленд сопровождал "Бри" с помощью радио через тысячи миль океанов Месклина. И все же он лично понимал настоящую дружбу совсем иначе, и у него известие о смерти Лэкленда вызвало лишь обычное сожаление. Дондрагмер знал, что Бендж и молодой рулевой довольно много разговаривали друг с другом, однако не прислушивался к их беседам и, возможно, просто не понял бы, какие чувства связывают их, даже если бы и попытался это сделать.

К счастью, Бендж не задумывался об этом, так что у него не возникало сомнений в искренности капитана. Тем не менее, его не удовлетворили ни ответ, ни ход развития событий. Ему казалось, что до сих пор очень мало сделано именно для Битчермарлфа. Пока что ему только сказали о помощи, но сам он ничего не сделал. Он не мог даже увидеть, что там происходит, а вынужден был сидеть и ждать сообщений. Многие люди, и более взрослые, и гораздо более сдержанные, чем Бендж Хоффман, чувствовали бы себя неуютно в такой ситуации.

Когда он снова заговорил, стало ясно, что нервы его не выдержали столь сильного и долгого напряжения. Изи шагнула было к нему, словно желая заставить сына замолчать, но ваяла себя в руки и остановилась. Было уже поздно, а кроме того, вряд ли месклинит сможет так же чутко уловить все оттенки речи Бенджа, как его мать.

- Но вы же не можете вот так просто ждать, ничего не делая! - воскликнул Бендж. - Ведь каждая секунда может стать для них последней! Вы знаете, сколько воздуха осталось у них в гермокостюмах?

Выпалив это, юноша через несколько секунд понял, что сказал. И не успел еще его страстный упрек достичь "Квембли", как он снова с жаром заговорил, на сей раз более тщательно подбирая слова.

- Я знаю, вы не сидите без дела, но просто я не могу понять, как вы можете быть такими спокойными. Я бы сам вышел наружу и стал бы скалывать лед или делать что-нибудь еще, но не могу, ибо нахожусь очень далеко.

- Я делаю все, что от меня зависит, чтобы спасти их, - наконец-то пришел ответ Дондрагмера на первую часть послания. - О запасах воздуха не надо беспокоиться еще долгое время. Мы не так чувствительны к его нехватке, как, насколько я понимаю, вы, люди. Даже если концентрация водорода станет слишком низкой, чтобы они могли оставаться в сознании, жизненно важные процессы, происходящие в их организмах, просто замедлятся и будут замедляться все больше и больше в течение нескольких восьмичасовых циклов. Правда, никто не знает, сколь долго это может продолжаться, для каждого месклинита, похоже, это время индивидуально. Тебе не нужно беспокоиться о том, что они могут утонуть. Кажется, вы используете такое слово, если я правильно понимаю его значение.

После короткой паузы Дондрагмер продолжил:

- Мы используем все инструменты, которыми располагаем. Если бы я вышел наружу, то польза от меня оказалось бы ничтожной, а кроме того, на получение докладов от Реффела через ваших людей ушло бы гораздо больше времени. Вы можете сообщить мне, как проходят поиски Кервенсера? Как я понимаю, ничего интересного обнаружить пока не удалось, поскольку свет прожектора вертолета по-прежнему виден отсюда и его маршрут не изменился. Возможно, у вас уже есть какое-то описание местности, которое вы могли бы передать сюда. Мне бы хотелось знать как можно больше об этом районе.

Изи снова подавила восклицание, прежде чем Бендж что-либо заметил. Когда юноша сосредоточил свое внимание на экране, передававшем сигнал с вертолета, она подумала, пытается ли Дондрагмер отвлечь ее сына от происходящего на "Квембли" или он так изучил человеческую натуру, что хорошо понимает чувства, владевшие ее сыном. Последнее казалось маловероятным, но даже Изи Хоффман, которая, наверное, знала месклинитов лучше, чем все остальные люди, не могла с уверенностью отвергать такую возможность.

Бендж вообще не смотрел на другой экран, и ему пришлось спросить, не происходило ли что-нибудь там. Один из наблюдателей ответил, что экран все время показывает поверхность, усыпанную камнями всевозможных размеров. Изредка появляются замерзшие маленькие озера, схожие с тем, в котором стоял сейчас "Квембли". Никаких следов пребывания другого вертолета или его пилота не было. Впрочем, никто и не надеялся обнаружить что-либо за такой короткий срок. Искать нужно медленно и тщательно, исследуя каждый дюйм. Если Кервенсер действительно разбился бы так близко от точки своего старта, этого не могли не заметить с крейсера. Маленькие вертолеты несли на борту прожекторы, и Кервенсер совершенно определенно использовал свои собственные.

Бендж передал эту информацию на Дхраун, а затем задал свой очередной вопрос:

- Почему Реффел летает так долго очень близко от вас? Разве Кервенсер находился не за пределами видимости?

Пока шел ответ, в душе юноши шевельнулась слабая надежда, что пропавший вертолет не успел улететь слишком далеко, но она оказалась напрасной.

- Так оно и было, Бендж. Просто нам казалось более резонным провести полное обследование местности, начиная отсюда и продвигаясь вовне. К тому же таким образом мы можем предоставить наиболее подробные и точные сведения вашим ученым. Если они могут подождать, пожалуйста, передай Реффелу, что я приказал лететь ему прямо на запад вдоль долины до тех пор, пока он видит свет прожекторов на моем капитанском мостике, а затем пусть возвращается.

- С радостью, капитан.

Беседа велась на стеннийском, так что никто из наблюдателей-ученых не понял ни слова. Бендж решил не спрашивать их разрешения и передал на вертолет приказ на том же языке. Реффелу, похоже, нисколько не мешал акцент Бенджа, и его маленькая машина отправилась на запад.

- И что же будет с нашей картой? - пробурчал топограф.

- Вы же слышали капитана, - ответил юноша.

- Я не все слышал и не все понял. Но, полагаю, сейчас уже слишком поздно возражать. Как ты думаешь, когда вертолет вернется, они заполнят пробел, который сейчас оставляют?

- Я спрошу у Дондрагмера, - любезно ответил Бендж, бросив, однако, беспокойный взгляд на свою мать.

Она постаралась придать своему лицу каменное выражение, но все-таки что-то прочесть по ее лицу было можно. К счастью, ученый уже покидал отсек связи, что-то бормоча себе под нос, а Бендж, снова сосредоточил все свое внимание на экране Реффела. Так что Изи смогла позволить себе немного расслабиться. Несколько из присутствовавших поблизости взрослых, догадавшихся о содержании беседы с Дондрагмером, с трудом удержались, чтобы не улыбнуться. По какой-то необъяснимой причине им нравилось разыгрывать кого-нибудь из группы ученых. Однако Бендж ничего не заметил. Он по-прежнему сильно переживал за Битчермарлфа.

Заверение Дондрагмера, что пропавшим рулевым еще довольно долго не грозит смерть от удушья, несколько успокоило его, однако он не мог не думать о попавших в беду месклинитах. Даже если время еще есть, даже если они еще живы, они все равно могут погибнуть. А вдруг они уже мертвы? Просто необходимо найти выход!

Тепло плавит лед. Тепло - это энергия. "Квембли" нес на своем борту столько энергии, что ее было достаточно, чтобы вывести корабль на орбиту вокруг Дхрауна, хоть и не было никакой возможности использовать ее таким образом. Разве эта огромная машина не имела каких-нибудь нагревателей среди оборудования системы жизнеобеспечения, которые можно было бы разобрать и вынести наружу?

Нет. Месклинитам вряд ли когда-нибудь понадобились бы обогреватели на Дхрауне. Даже в тех частях планеты, где, как казалось, внутреннего тепла не хватало, солнце нагревало воздух примерно до пятидесяти градусов выше абсолютного нуля. Районы, в которых месклинитам предстояло провести многие годы, центр Нижней Альфы, например, были слишком жаркими, а не слишком холодными для них.

"Квембли" действительно располагал охладительным оборудованием, снабжаемым энергией от термоядерных конвертеров, но, насколько знал Бендж, его ни разу не запускали со дня испытаний. Оно могло оказаться полезным, когда исследователи проникнут в центральную часть Нижней Альфы, однако до этого должен пройти по крайней мере еще один земной год, а возможно, и больше. Судьба "Эскета" сделала весьма сомнительными некоторые из начальных планов.

Однако рефрижератор представляет собой тепловой насос. Даже Бендж знал это, и, по крайней мере, в теории, большинство насосов - обратные. Значит, этот должен иметь где-то снаружи корпуса высокотемпературную секцию для сброса тепла. Где она находится? Можно ли ее снять? При какой температуре она работает? Дондрагмер должен знать. А если он уже думал об этом? Может быть, и нет. Он далеко не глуп, однако его культура сильно отличается от человеческой. Все знания из области физики он приобрел от людей, когда был уже совсем взрослым, и они, очевидно, не укоренились в нем глубоко, поэтому обо всем, что касается специфических физических процессов, он вряд ли подумал в первую очередь. Бендж кивнул самому себе, затем легко убедил себя, что, даже если он будет выглядеть глупо, идея все же может оказаться стоящей, и после этого протянул руку к переключателю микрофона.

На этот раз никто из окружающих его взрослых не улыбался, когда послание отправилось на Дхраун. Никто из присутствующих не разбирался до тонкостей в устройстве лэнд-крейсеров, чтобы ответить на вопросы, касающиеся рефрижератора, но все достаточно знали физику, чтобы обругать себя за то, что не подумали об этом раньше. Взрослые ожидали ответа Дондрагмера с таким же нетерпением, как и Бендж.

- Холодильник - одно из ваших электронных устройств, которое я не изучал до мельчайших подробностей, - наконец достигли станции слова капитана, который по-прежнему, к разочарованию некоторых слушателей, говорил на своем языке. - Мы не использовали его с тех пор, как он прошел приемосдаточные испытания. Погода здесь была иногда весьма теплой, однако не такой уж невыносимой. Само устройство описать просто. Во всех отсеках корабля имеются металлические пластины, которые становятся холодными, когда в систему подается питание. Есть также металлический стержень в виде разомкнутой ячейки, проходящей вдоль каждой из сторон корпуса сверху. Он начинается около кормы, тянется примерно на половину длины тела месклинита к носу от центровой линии корпуса, огибает корпус сверху примерно в четырех длинах тел за командным постом и идет назад вдоль корпуса по другой стороне до той точки, где он начинается. Стержень проходит через корпус в начале и конце. Это одно из немногих приспособлений, выполненных таким образом. Я предполагаю, что этот стержень и должен служить тепловым радиатором. Я понял благодаря твоему намеку, что должна существовать подобная часть системы, которая находится снаружи. Ничто другое, похоже, не годится. К сожалению, она располагается так высоко над поверхностью льда, что вряд ли поможет растопить его, даже если действительно достаточно нагрета. Но именно этого-то я и не знаю и сразу ничего сказать не могу. Я понимаю, радиатор можно разогреть настолько, насколько понадобится, пропуская сквозь него ток определенный силы, но не могу сказать, что мне нравится идея попытаться снять его с корпуса для такой цели.

- Да, есть опасность, что это разрушит вашу систему охлаждения, особенно если не удастся ее отключить, - согласился Бендж. - И все же, по-моему, стоит рискнуть. Разреши мне найти инженера, который хорошо знает эту систему. У меня есть идея. Я вызову тебя позже.

Юноша выскользнул из кресла, не дожидаясь ответа Дондрагмера, и торопливо покинул отсек связи.

Как только он исчез, наблюдатели, не понимающие стеннийского языка, попросили Изи хотя бы вкратце изложить им содержание беседы, что она сделала с явным удовольствием. Когда Бендж вернулся с инженером, все присутствующие собрались возле них, чтобы послушать. Несколько искренних благодарственных молитв, должно быть, вознеслись к Всевышнему, когда стало ясно, что новоприбывший вовсе не полиглот, и Бенджу приходится переводить для него. Оба уселись перед экранами, и, прежде чем включить микрофон, юноша решил еще раз проверить, правильно ли понял инженера.

- Я должен сказать капитану, что большинство деталей крепежа, удерживающего стержень радиатора на корпусе "Квембли", это самые обычные гвозди. Они неглубоко входят в обшивку корпуса, и их можно вытащить, не повредив его. Может оказаться, что, когда настанет время снова закреплять их, понадобится цемент, но на крейсере он есть. Тем не менее, соединения на концах радиаторов придется отрезать. Сплав не очень твердый, можно обойтись ножницами. Как только его снимут, стержень можно будет использовать как нагреватель сопротивления, просто вставив его концы в пазы, помеченные DC в энергоблоке. Я могу также сообщить капитану, что нет никакой опасности короткого замыкания, поскольку у конвертеров имеются внутренние предохранители. Все правильно, мистер Катини?

- Именно так, - кивнув, ответил маленький седовласый инженер, один из тех, кто помогал проектировать и строить лэнд-крейсеры, и один из очень немногих людей, которые довольно долго прожили на экваторе Месклина в условиях трехкратного земного тяготения. - Я думаю, что ты все правильно и доходчиво пояснишь Дондрагмеру. Если хочешь, я могу сам все рассказать. Он всегда достаточно легко понимал меня, когда я говорил на своем языке.

Бендж кивнул, однако начал говорить в микрофон на стеннийском. Изи подозревала, что он просто подстраховывается и надеется, что его предложение не вызовет сильной обратной реакции, однако не сочла нужным вмешиваться. Ей пришлось признать, что он очень хорошо говорит по-стеннийски. Должно быть, он многому научился у своего друга, Битчермарлфа. Отдельные места он переводил даже лучше, чем она сама, использовал аналогии, которые должны что-то значить для капитана, но которые ей самой не пришли бы в голову.

Когда же пришел ответ капитана, то все услышали, что он говорит на языке людей. Дондрагмер, очевидно, догадался, почему Бендж, а не инженер, сообщивший информацию, вел беседу. Юноша, слегка удивившись, бросил короткий взгляд на мать. Изи, не отрываясь, глядела на экран Дондрагмера.

- Я все понял, - прозвучал голос месклинита с легким акцентом. - Мы можем снять стержень радиатора и использовать его как нагреватель вместе с энергоблоком, чтобы расплавить лед вокруг корабля. В конвертере имеется множество энергии, и нет никакой опасности его взорвать. Тем не менее, пожалуйста, ответьте мне на два вопроса.

Во-первых, насколько мы можем быть уверены в том, что позже сумеем вновь правильно подсоединить стержень? Я знаю достаточно, чтобы понять: цемент - плохой материал для этого. И я не хочу оставлять корабль без системы охлаждения, поскольку Дхраун приближается к солнцу, и скоро станет слишком жарко. Во-вторых, поскольку металл, по которому потечет ток, будет касаться льда или погружаться в растаявшую воду, то насколько рискуют те, кто находится под водой или в ней? Достаточно ли надежны гермокостюмы? Скорее всего, они должны быть весьма хорошими электрическими изоляторами, поскольку они прозрачны.

Инженер тут же начал отвечать, оставив Бенджа а недоумении, каким образом прозрачность гермокостюмов связана с их электрической проводимостью и каким образом Дондрагмер смог, обладая отрывочными знаниями, додуматься до этого.

- Вы достаточно легко сможете восстановить соединения. Просто плотно сожмите металлические концы и с помощью клея закрепите повязку из ткани вокруг соединения, но, так как клей не проводит ток, проследите, чтобы он не попал между металлическими поверхностями.

Можете также не волноваться за тех, кто находится в воде. Гермокостюмы надежно защищают от удара током. Я подозреваю, что потребовалось бы весьма высокое напряжение, чтобы вообще причинить вред кому-нибудь из вас, поскольку жидкости вашего тела не поляризованы. Правда, у меня нет экспериментальных доказательств, но, я полагаю, вы и не захотите их получить. Мне пришло в голову, что можно было бы попробовать создать электродуш над поверхностью льда, содержащего немалое количество аммиака, который служит неплохим проводником. Если это сработает, то сработает весьма неплохо. Однако может оказаться слишком горячо, чтобы кто-нибудь из вашего экипажа мог находиться поблизости, а таким душем необходимо управлять осторожно. Кроме того, есть опасность, что будет уничтожена слишком большая часть стержня, чтобы вы впоследствии снова могли восстановить систему. Поэтому Лучше всего просто нагревать лед и удовольствоваться тем, что он будет таять, а не кипеть.

Катини замолчал и стал ждать ответа Дондрагмера. Бендж по-прежнему размышлял, а все остальные, кто мог слышать беседу, смотрели неотрывно на экран. То, что капитан заговорил на языке людей, привлекло даже тех, кто в ином случае терпеливо ждал бы перевода.

- Хорошо, - пришел наконец ответ. - Мы снимем металлический стержень и попытаемся использовать его как нагреватель. Я сейчас же отдаю приказы своим подчиненным выходить наружу и начинать разбирать малые захваты. Мы установим один из передатчиков снаружи, чтобы вы могли наблюдать, как мы будем обрезать проводники и проверять все, прежде чем мы включим энергию. Мы будем работать медленно, так что вы сможете остановить нас, если мы сделаем что-либо не так, прежде чем ошибка станет непоправимой. Мне не нравится эта ситуация. Я не люблю делать что-то, в чем совершенно не уверен, а особенно тогда, когда не знаю, чем все может кончиться. Предполагается, что я здесь командир, но теперь я могу лишь жалеть, что не изучил подробнее вашу науку и технологию. Быть может, я и правильно представляю себе происходящее и не сомневаюсь, что могу доверять вашим знаниям и советам, однако в первый раз за многие годы я чувствую себя столь неуверенно.

На это ответил Бендж, опередивший свою мать на долю секунды.

- Я слышал, ты был первым месклинитом, понявшим общие идеи нашей науки, а также что именно ты приложил много усилий для создания Колледжа. Что ты имеешь в виду, когда говоришь, что твои знания недостаточны?

Изи прервала его, заговорив, как и Бендж, на родном языке Дондрагмера.

- Ты знаешь гораздо больше, чем я, Дон. И ты действительно командир. Если бы тебя не убедило предложение Катини, ты не отдал бы эти приказы. Тебе придется привыкнуть к этому ощущению, которое тебе не нравится. Ты просто снова столкнулся с чем-то новым. В чем-то это похоже на то время, пятьдесят лет назад, задолго до моего рождения, когда ты неожиданно понял, что наука, которую мы, чужаки, использовали, не что иное, как просто знания, вынесенные за пределы уровня "обыкновенных вещей". А теперь ты столкнулся с тем, что никто, даже самый мудрый командир, не может знать всего и что иногда приходится получать профессиональные советы. Не беспокойся. Дон, это нормально!

Изи откинулась на спинку кресла и посмотрела на своего сына, который - единственный из всех, присутствовавших в комнате, - смог полностью понять ее речь. Юноша выглядел удивленным, почти испуганным. Какое бы впечатление она ни произвела на Дондрагмера, когда ее, слова достигли его, Изи совершенно определенно достигла желаемого эффекта в отношении Бенджамина Ибсона Хоффмана. Она хотела сказать что-то еще, но ее перебило восклицание кого-то из людей:

- Эй! Что случилось с вертолетом?

Все быстро повернулись к экрану Реффела. Последовала секунда полной тишины. Затем Изи выкрикнула:

- Бендж, сообщи Дондрагмеру, а я пока вызову Барленнана!