9. ТАКТИКА

Голосов пока нет

Хол Клемент
 

Огненный цикл
 

Земля отстоит от Альциона и звездного скопления, к которому он принадлежит, на пятьсот световых лет. Это не очень далеко по галактическим масштабам, так что данные, собранные исследовательским кораблем “Альфард”, были доставлены на Землю до того, как Нильс Крюгер впервые повстречался с Дар Лан Аном. Поскольку “Альфард” получил спектральные, фотометрические и стереометрические данные и пробы с пяти сотен различных пунктов в области, занимаемой Плеядами, а также биологические и метеорологические сведения относительно десятка планет в этом звездном скоплении, исследователям предстояло обработать колоссальную информацию.

И все же их внимание очень быстро привлекла к себе именно та планета, на которой, как полагали, погиб Нильс Крюгер. Они не имели возможности точно вычислить ее орбиту относительно красного карликового солнца, к системе которого ее причисляли, или установить взаимосвязь между этим карликом и соседним Альционом, но было ясно, что планета, красный карлик и голубой гигант, сгрудившиеся внутри облака газовой туманности, представляли собой нечто из ряда вон выходящее с точки зрения большинства космологических теорий. Астрофизика, который первым наткнулся на этот материал, заинтересовали полученные сведения, он вновь просмотрел их и затем обратился за консультацией к коллеге. Материал о странной системе был опубликован, и многими астрономами овладело желание узнать о ней побольше. Таким образом, дела Нильса Крюгера были гораздо лучше, чем он полагал.

Но сам Крюгер не был астрономом, и, хотя теперь он имел довольно верное представление об орбите Абьёрмена, ему все же в голову не приходило, что необычная система может заинтересовать еще кого-нибудь, кроме него самого. Мысли о Земле он отбросил или почти отбросил, ибо ему было о чем думать и без того. Он считал, что ему предстоит прожить всю жизнь на Абьёрмене; здесь он нашел единственное живое существо, которое мог считать своим другом. А потом этот друг сообщает, что их совместная жизнь продлится всего несколько земных месяцев, что и конце этого срока он, друг, умрет естественной смертью.

Крюгер не поверил этому, во всяком случае не поверил, что это неизбежно. Когда Дар Лан Ан описал ему Учителей, у Крюгера возникло смутное подозрение. Вид этих исполинов только подтвердил его подозрение, и он приступил к первому разговору с ними, исполненный решимости сделать все, что в его силах, чтобы отсрочить конец, который сам Дар считал неизбежным, Ему и в голову не пришло спросить, будет ли Дар от этого счастливее.

Трудно сказать, чувствовали ли Учителя, допрашивавшие Нильса Крюгера, его подспудную враждебность к ним; никто их об этом не спросил за то время, что им осталось жить, а сами они не сочли нужным занести в книги свои ощущения. Во всяком случае, они не выказывали никаких чувств; согласно своим обычаям, проявили вежливость и ответили примерно на столько же вопросов, сколько задали сами. Они спокойно выслушали те сведения по астрономии, которые им сообщил Крюгер, рассказывая о своем прошлом. Во многом их вопросы повторяли вопросы Учителя деревни. Нильс подчеркнул, когда об этом зашел разговор, что Учитель деревни отобрал у него зажигалку; он приготовился защищать Дар Лап Ана от возможного обвинения в свободном обращении с огнем, по этот вопрос Учителей, по-видимому, совершенно не волновал. Облегчение, которое при этом испытал Дар, заметил даже Крюгер.

Учителя показали Крюгеру Ледяную Крепость, сопровождая осмотр такими подробными объяснениями, которые были неизвестны и самому Дар Лан Ану. Пещеры в горе были только преддверием; главное поселение располагалось глубоко внизу и на многие мили тянулось к центру материка. Несколько туннелей связывали его с посадочными площадками вроде той, на которую сели Дар и Крюгер. Именно там находились книгохранилища. Крюгер своими глазами увидел, как груды книг, доставленных со всех концов Абьёрмена, регистрируются и расставляются для хранения до будущих времен. На вопрос, когда наступит это будущее, Учитель-гид без колебаний ответил:

— После конца этой жизни и перед началом следующей пройдет примерно четыреста лет. Затем в течение десяти лет города будут заселены снова, и тогда начнется процесс обучения.

— Значит, вы уже начали покидать города. Сюда сойдется умирать весь ваш народ?

— Нет. Мы не покидаем наши города; народ живет в них до конца.

— Но ведь город, который мы нашли с Дар Лан Аном, был покинут!

— Это не наш город. Народ, который живет рядом с этим городом — не наш народ, и их Учителя не принадлежат нашему роду.

— Вы знали об этом городе?

— Очень мало, хотя тамошние Учителя немного нам знакомы. Мы все еще не решили, как с ними поступить.

— Надо просто вернуться туда с большим отрядом и отобрать книги силой, — вмешался Дар. — И кроме того, вам понадобится зажигательное устройство Нильса, хотя мы и не пользуемся огнем. Это знание, и ему место в хранилище.

Учитель сделал одобрительный жест.

— В каком-то отношении ты совершенно прав. Однако сомнительно, что нам удастся принудить их вернуть эти вещи. Разве не ты говорил, что они держат книги в укрытии среди водоемов с горячей водой?

— Да, но их же нельзя там держать!

— Не разделяю твоей уверенности. Во всяком случае, если мы и совершим нападение, как ты предлагаешь, у них будет время и, вероятно, желание спрятать все в другом месте.

— А почему бы нам не заставить их сказать, куда они спрятали? — спросил Крюгер. — Если мы захватим деревню, можно поставить их перед выбором: либо наша собственность, либо смерть.

Учитель пристально поглядел на юношу.

— Вряд ли я смогу одобрить убийство, — сказал он наконец. Под его взглядом Крюгер ощутил некоторую неловкость.

— Ну... — промямлил он, — они могут и не знать, что на самом деле мы вовсе не станем их убивать.

— Но предположим, что наши вещи все еще у их Учителей. В таком случае, что толку угрожать жителям деревни?

— Но разве их Учителя не будут также в наших руках?

— Сомневаюсь. — Односложность ответа полностью ускользнула от внимания Крюгера.

— Пусть так, пусть даже мы не захватим их, но неужели они не отдадут наши вещи, чтобы спасти свой народ?

— Это возможно. — Учитель помолчал, — Это... вполне... возможно. Некоторые твои высказывания мне не совсем по душе, но должен признаться, что в этом последнем есть здравая мысль. Конечно, нам нет нужды угрожать смертью; достаточно угнать этот народец с собой... или даже просто пригрозить, что мы это сделаем. Я должен посоветоваться с другими Учителями. Ты можешь, если тебе хочется, остаться здесь и осмотреть библиотеку, но, как мне кажется, к тому моменту, когда решение будет принято, ты пожелаешь быть наверху.

Крюгер уже видел все, что его интересовало, — процесс раскладывания книг и библиотекарей, по росту приближавшихся скорее к Дару, чем к Учителям, — и выразил намерение вернуться на поверхность. Дар Лан Ан вызвался его сопровождать, и начался долгий подъем. Крюгеру было довольно тепло, хотя температура не превышала сорока пяти градусов по Фаренгейту. Он шел и раздумывал, для чего нужно такое убежище — полмили камня и свыше трех миль льда над головой (если верить словам Учителя). Еще более загадочным представлялось создание такого подземного города силами народа, владеющего лишь весьма примитивными орудиями труда. Впрочем, не приходилось сомневаться, что вначале, когда они впервые явились сюда, у них были подходящие орудия. По мнению Крюгера, крушение, забросившее народ Дара на Абьёрмен, должно было произойти несколько поколений назад. Начать хотя бы с того, что их здесь было явно больше, чем могло уместиться на одном космическом корабле.

Учителя обсуждали проекты Крюгера и вносили в них поправки довольно долгое время, и юноша воспользовался этим, чтобы осмотреть все, что возможно, как внизу, так и наверху.

Температура снаружи была близка к нулевой, как и следовало ожидать вблизи такой массы льдов. Крюгер был не в состоянии долго оставаться на холоде, потому что с одеждой он в свое время распорядился таким образом, чтобы она не обременяла его на жаре. К счастью, синтетическая ткань не пропускала ветра, и Крюгеру удавалось кое-как сохранять тепло, затянув шнурки на запястьях, лодыжках и вокруг шеи. Что же до Дар Лан Ана, почти всегда сопровождавшего его в вылазках на поверхность, то он, по-видимому, был так же равнодушен к холоду, как и к жаре.

Впрочем, однажды Крюгеру довелось пробыть снаружи продолжительное время, по не по своей воле. Он вышел один и, побродив меж сугробами и по предательскому насту около получаса, вернулся назад. Дверь оказалась заперта. Выходя, он как-то не обратил внимание на то, чем она запирается; видимо, она была оборудована пружинным замком. Сколько он ни стучал, никто его не услышал, так как дверь находилась ярдах в четырехстах от главного туннеля на этом уровне, и Крюгеру пришлось пробираться вокруг всей горы к посадочной площадке. Он добрался до нее в полумертвом состоянии и с тех пор был очень осторожен с дверьми.

Не раз совершал он ошибки и в подземельях. Однажды он едва не задохнулся при осмотре продуктового склада, а в другой раз чуть не свалился в какой-то люк, который, как выяснилось позже, открывался в желоб мусоропровода. Он узнал, что желоб ведет в узкое ущелье, заполненное талой водой, которая уносила все отбросы. После этого он уже никуда не отлучался один и очень обрадовался, когда Учителя кончили совещаться и приняли решение напасть на деревню.

Следовало признать, что план нападения был весьма остроумен. Они с Даром должны были вернуться в покинутый город на планере, предварительно покружив над деревней с таким расчетом, чтобы их заметили. Тем временем большой отряд арбалетчиков высадится по другую сторону от города, достаточно далеко и совершенно незаметно. Затем отряд вступит в город, и они встретятся в точке, выбранной и отмеченной Даром на карте, которую он начертил, пользуясь своей фотографической памятью.

План был основан на предположении, что жители деревни вновь пошлют группу стрелков, чтобы схватить пришельцев. Дар и Крюгер поведут отряд на площадь, окруженную зданиями, в которых и собирались укрыться арбалетчики с ледяной шапки. Правда, не исключалась возможность, что Дара и Крюгера успеют захватить в качестве заложников или даже убить на месте, но по этому поводу Дар не проявил никаких признаков беспокойства, и Крюгер тоже предпочел скрыть свои чувства.

На сей раз он сам проследил за тем, чтобы в планер погрузили еду и воду, хотя Дар, видимо, считал эти припасы излишними для такого перелета.

Как и следовало ожидать, возвращение в тропики радовало Крюгера очень недолго. Вскоре же он обнаружил, что с грустью вспоминает о вьюгах на ледяной шапке, забыв, как это свойственно человеку, что вьюги эти однажды чуть не погубили его. Трудно представить себе, что бы сказал Дар Лан Ан, если бы ему стали известны мысли спутника. Но Крюгер вслух их не высказывал, и потому пилота ничто не отвлекало от планера.

Вулканические сопки они нашли без труда. Большинство других планеров уже приземлилось на побережье в нескольких милях от них; и на сей раз легкие аппараты показали лучшее время. Дар и Крюгер видели, как экипажи собираются для выступления к городу;

они решили побыть в воздухе подольше, чтобы дать арбалетчикам время выйти на исходные рубежи.

Они пролетели в глубь побережья, за вулканы, и принялись кружить там, пытаясь сверху обнаружить знакомую деревню.

Оказалось, что хижины превосходно замаскированы деревьями, но район гейзеров им удалось найти сразу. Нагретый грунт здесь создавал великолепный восходящий поток, и Дар кружил в нем несколько минут, пока они внимательно разглядывали местность. Но внизу не было заметно никаких признаков жизни. Наконец Дар повел планер обратно к вулканам и сел на берегу как только мог ближе к городу.

Они вступили в город пешком, прекрасно сознавая, что оставляют на песчаной полосе отчетливые следы и нимало об этом не беспокоясь. По крайней мере, Дар Лан Ан не беспокоился. Что же касается Крюгера, то он все-таки начал сомневаться, не слишком ли открыто они действуют. Он поделился своими сомнениями с Даром, но тот был крайне этим удивлен.

— Не думаю, чтобы нам следовало особенно беспокоиться, — сказал он. — Они же поймут, что мы могли сесть только на берегу — не можем же мы посадить планер прямо в джунглях. А по песку невозможно пройти, не оставляя следов. Вот в городе мы будем уже не так заметны.

— Будь по-твоему.

По-видимому, подумал Крюгер, народ Дар Лан Ана не слишком богат военным опытом. Впрочем, если повезет, то жители деревни, которых они замыслили поймать в ловушку, окажутся столь же простодушными; уповать остается только на это.

В городе, как и прежде, царила тишина. Недавно прошел ливень, и на ровных участках мостовой блестели лужи. Обойти их удавалось не всегда, и по дороге к площади, где должны были ждать арбалетчики, Крюгер и его спутник оставили за собой мокрые следы. Нильса немного беспокоило, долго ли будут видны эти следы, по Дару подобные мысли, видимо, просто не приходили в голову.

Они явились на условленное место раньше остальных, хотя пробыли в воздухе дольше, чем предполагали. Когда отряд наконец прибыл, они, не теряя времени, устроили засаду. После этого делать, собственно, было нечего, разве что вновь заняться осмотром зданий.

— Не знаю, что здесь еще может найтись нового и интересного, — заметил Крюгер. — Эти места мы в тот раз обошли вдоль и поперек. Надо было нам выбрать такой участок, где мы еще не все облазили.

— Вряд ли это пошло бы нам на пользу, — возразил Дар. — Я ведь мог полагаться только на свою память, ты знаешь.

— Да, по-видимому, ты прав. Ну что ж, зайдем вон туда и посмотрим, что там можно найти.

Крюгер направился к ближайшему строению, и повторилась процедура осмотра, выработанная ими в прошлый раз. Как они и предполагали, ничего нового в наземных помещениях не обнаружилось, а мысль спуститься вниз вызывала у них чувство физического отвращения.

Шли часы. Дар Лан Ан то и дело заходил в здание, где укрывался командир арбалетчиков, чтобы обсудить, как идут дела, но дел попросту не было и нечего было обсуждать. Крюгер наконец вынужден был заявить, что либо жители деревни, либо их Учителя, очевидно, разгадали их замысел, а потому необходимо немедленно собрать отряд и двинуться прямо в деревню. Однако его предложение, по-видимому, пришлось остальным не по вкусу: оно противоречило полученным приказам.

— Следует по крайней мере подождать еще некоторое время, — упорно твердил Тен Ли Бар, командир отряда.

— Времени у вас не так уж много! — возразил Крюгер. — Я-то могу и обождать, хотя мне хотелось бы очутиться по ту сторону океана до того, как ваш последний планер останется без пилота. Но если вы не поторопитесь, вам никогда не получить захваченные книги, да и электрический аппарат, который нужен вашим Учителям, тоже очень нескоро попадет к ним в руки. Абориген смутился.

— В чем-то ты, несомненно, прав. И все же, если нас постигнет неудача из-за того, что мы нарушили приказ... — Он замолчал и вдруг оживился: — Помнишь, ты рассказывал об электрических приборах здесь, в городе. Может, ты не пожалеешь потратить часть времени и раздобудешь для нас несколько приборов? Я с радостью тебе помогу.

Крюгер понял, что Тен Ли Бара не переупрямить. Он пожал плечами.

— Дело ваше. Пойдем, я посмотрю, что можно сделать.

Он направился к ближайшему зданию, пересек открытое помещение и вошел внутрь. Дар Лан Ан и Тен Ли Бар следовали за ним. Как и во всех других зданиях, здесь имелся электрический штепсель. Под взглядом аборигенов Крюгер подцепил за края верхнюю пластину и обнажил проволочки.

Дар Лан Ан уже слышал его объяснения и потому вначале следил за ними не очень внимательно, однако к концу заинтересовался и он. Это случилось в ту минуту, когда Крюгер объяснял, зачем нужны два проводника и что происходит, когда между ними оказывается третий. Объяснения в силу необходимости были исключительно словесными, ибо предполагалось, что демонстрационного материала под руками нет. Но тут Тен Ли Бар, стремясь наглядно представить себе, о чем говорит Нильс, взялся за проволочки и соединил их. Серебряные полоски вдруг раскалились докрасна, и абориген с воплем отдернул руку..

Нильс Крюгер был потрясен не менее, чем Тен. Несколько секунд юноша таращил глаза на раскаленные провода, затем расцепил их пластиковой рукояткой своего ножа.

— Тебя только обожгло или ты почувствовал еще что-нибудь? — отрывисто спросил он Тен Ли Бара.

— Не знаю. Если это был ожог, то я понимаю, почему книги предупреждали нас против огня. — Арбалетчик потешно, совсем по-человечески сунул пальцы в рот.

Поняв, что ему не получить информации от существа, которое понятия не имеет, что такое ожог, Крюгер решил действовать самостоятельно. Сначала он замкнул провода лезвием ножа и по виду искр пришел к выводу, что напряжение должно быть не очень высоко. Затем, уверившись, что стоит на сухом каменном полу (насколько сухим может быть камень в этой насыщенной влагой атмосфере), соединил провода двумя пальцами. Он не ощутил ни малейшего удара током, хотя дополнительная проверка ножом показала, что проводка по-прежнему находится под напряжением.

И тогда он задумался: всегда ли город питается током низкого напряжения и продолжают ли работать питающие его генераторы или это последняя вспышка энергии какой-то аварийной аккумуляторной системы? Знают ли об этом Учителя в близлежащей деревне, а если знают, то не потому ли они наложили на город запрет? Крюгер уже привык не отделять себя от народа Дар Лан Ана, несмотря на враждебность, которую питал к его Учителям. Если они не желают пальцем пошевелить по собственной воле, чтобы получить необходимые сведения, то он, Нильс Крюгер, заставит их! Он резко повернулся к Тен Ли Бару.

— Положение изменилось. Дар Лан Ан и я — мы идем в деревню; нужно кое-что выяснить. Ты с отрядом можешь пойти с нами, если хочешь. А не хочешь — оставайся.

— Но что нам толку ждать здесь, если вы уйдете?

— Понятия не имею. У тебя своя голова на плечах, решай сам. А мы идем.

И Крюгер двинулся из здания, даже не спрашивая Дара, пойдет ли тот с ним. Тен мгновение смотрел им вслед, затем тоже вышел и принялся созывать отряд из укрытий. Крюгер оглянулся только один раз. Увидев, что отряд следует за ним, он улыбнулся про себя, но ничего не сказал.

Идти было нетрудно; они уже не раз ходили этим путем. Никто им не препятствовал, ни животных, ни жителей деревни не было видно. Даже на поляне гейзеров, когда они подошли к ней, царила тишина. Там, где тропа раздваивалась и поворачивала к месту, где они когда-то беседовали с Учителями, Крюгер свернул к водоему, который однажды едва не накрыл их кипящей водой. Несколько секунд спустя отряд уже стоял перед каменным убежищем, торчавшим над известковым барьером.

Тишину по-прежнему нарушало лишь царапание когтей по камням. Выждав какое-то время, Крюгер решительно подошел к убежищу и принялся искать вход. Он начал со стороны, обращенной к воде, ибо давно убедил себя, что дверь должна быть именно там, и перегнулся через барьер. По в каменной кладке не оказалось ни единой трещины. Осмотр боковых стен и передней стороны также ничего не дал.

Правда, наверху Нильс обнаружил ряд тонких, почти невидимых щелей, очерчивавших подобие квадратного люка, однако через вход таких размеров не мог бы войти даже Дар Лан ан. А уж об Учителях и говорить нечего — их крупный торс ни за что на свете не протиснулся бы через этот вход. И хотя книги и зажигалка, несомненно, ушли именно этим путем, куда девались Учителя, по-прежнему оставалось тайной.

Крюгер расширил зону поисков на много ярдов вокруг водоема. Остальные, поняв, что он ищет, и преодолев свой страх перед зрелищем кипящей воды, принялись ему помогать. Они обнаружили множество трещин, но все трещины оказались естественного происхождения. Попытка заглянуть в крошечные дыры, сквозь которые, как считалось, вели наблюдение Учителя, тоже ни к чему не привела — все они были неглубокими. Крюгер начал подозревать, что его умышленно направили на ложный след. По-видимому, во время собеседований Учителя наблюдали за ним с какого-нибудь удобного пункта на опушке леса. Но в таком случае, где же они сейчас? Нигде нет и признаков жителей деревни, не слышно голоса Учителей... Крюгеру вдруг стало не по себе.

Пока он стоял в раздумье, отряд прекратил поиски и собрался вокруг него, ожидая приказаний. Он испытал мимолетное удовлетворение от мысли, что командованин экспедицией перешло к нему, но тут же забыл об этом. “Пошли в деревню”, — коротко сказал он и зашагал впереди.

Они осторожно вышли на край расчищенного участка и при виде хижин остановились. В предвидении возможной засады отряд по приказу Крюгера рассыпался в цепь, но затем они снова двинулись вперед, пока не вступили в деревню.

Все еще ни звука, ни шороха. Они с опаской заглядывали в одну хижину за другой. Да, деревня была покинута.

— И мои книги, наверное, они унесли с собой! — горестно проговорил Дар Лан Ан.

— Боюсь, что так, хотя надо бы вернуться к водоему и попробовать открыть люк. Правда, мы еще не были в той маленькой хижине, куда они бегали к своим Учителям. Но ума не приложу, каким образом там мог поместиться хоть один Учитель? Я же видел, какие они.

— Не в этом дело! — Дар стрелой помчался к хижине Учителей и скрылся внутри. Уже через секунду Нильс услышал свое имя.

— Что там такое? — откликнулся он на бегу. — Они оставили твои книги как знак доброй воли?

— Не книги. Я не могу описать это.

Крюгер влетел в хижину одновременно с последними словами Дара. На мгновение он остановился, пока глаза привыкли к полутьме, затем увидел то, о чем говорил маленький пилот.

Хижина была почти пуста, только посредине стоял грубо сколоченный стол. На столе лежал какой-то аппарат. Он был без кожуха и состоял из проводов, конденсаторов и чего-то, похожего на радиолампы, и все это было сшито на живую нитку. Крюгер сразу понял, что это, но не успел вымолвить ни слова. Устройство на столе заговорило первым:

  — Подойди, Нильс Крюгер. Я давно жду тебя. Нам надобно о многом поговорить.