Игорь Росоховатский

Росоховатский Игорь Маркович (р.1929)

Сто моих рождений

Ваша оценка: Нет Средняя: 3 (1 голос)

1

      Дорога, нарезанная винтом на холме, круто ныряет в ущелье. Испуганно взвизгивают тормоза. Появляются, удивленно поворачиваются бледно-серые лики скал.
      По-змеиному шипит под шинами дорога над бездной, делает невообразимые петли. Руль становится непослушным, скользким, как рыба, выпрыгивает из рук. Мягкие подушки сидения мгновенно отвердевают, в них невесть откуда появляются острые углы. Внезапно они исчезают, тело на миг зависает в пустоте.
      Падение - взлет - падение. Невесомость - перегрузки. Все внутри обрывается. Обручи ребер сжимают легкие. Нечем дышать...

Триумф "каскадеров"

Ваша оценка: Нет Средняя: 3 (4 голосов)

1

      "...Наконец-то я у истоков. Именно здесь рождается еле заметный под тонкой коркой льда "ручеек", который затем, в зависимости от обстоятельств, становится полноводной рекой или застойным засасывающим болотом... Мое воображение настроено на одну волну и так натренировано, что с поражающей меня самого ясностью и выпуклостью показывает все превращения этого "ручейка": гениальные взлеты и отвратительные падения, позволительное великодушие и вынужденную скаредность, показное благородство и трусливую подлость...
      Конечно, не только я, - многие открывали истоки. Но одни предпочитали не задумываться над последствиями, другим становилось страшно, и они отворачивались, спешили забыть случайно подсмотренное, третьи пробовали использовать и употребить их на благо себе, четвертые...

Цена золота

Ваша оценка: Нет Средняя: 3.3 (3 голосов)

Мы нагрузили каноэ камнями, чтобы борта как можно меньше возвышались над водой, потом завели суденышко в маленькую бухту под нависающий выступ берега и тщательно замаскировали ветвями. Вилен все время был настороже, прислушиваясь к плеску реки. Впрочем, опасность могла прийти вовсе не оттуда, скорее всего - не оттуда... Она подстерегала нас здесь повсюду, на каждом шагу. Она вилась гибкими лианами, блестела каплями липкого яда на лепестках анвельсии. Она таилась в самом воздухе, насыщенном густыми испарениями.
      Мы вторгались в тайну Золотых истуканов, в тайну жрецов гуани, мы нарушали запрет бога Итамны, а это, по преданию, не могло пройти безнаказанным. Уже не раз Вилен испытующе поглядывал на меня, и я прилагал усилия, чтобы мое лицо выражало только невозмутимую уверенность.

Тор-1

Ваша оценка: Нет Средняя: 5 (3 голосов)

Сегодня мы перевели Володю Юрьева в другой отдел, а на его место поставили ВМШП - вычислительную машину широкого профиля. Раньше считалось (и лучше бы так считалось и теперь), что на этом месте может работать только человек.
      Но вот мы заменили Володю машиной. И ничего тут не поделаешь. Нам необходима быстрота и точность, без них работы по изменению нервного волокна немыслимы.
      Быстрота и точность - болезнь нашего века. Я говорю "болезнь" потому, что когда "создавался" человек, природа многого не предусмотрела. Она снабдила его нервами, по которым импульсы мчат со скоростью нескольких десятков метров в секунду. Этого было достаточно, чтобы моментально почувствовать ожог и отдернуть руку или вовремя заметить янтарные глаза хищника. Но когда человек имеет дело с процессами, протекающими в миллионные доли секунды... Или когда он садится в ракету... Или когда ему нужно принять одновременно тысячи сведений, столько же извлечь из памяти и сравнить их хотя бы в течение часа... И когда каждая его ошибка превратится на линии в сотни ошибок...
      Каждый раз отступая, как когда-то говорили военные, "на заранее подготовленные рубежи", я угрожающе шептал машинам:

Фильм о тигорде

Ваша оценка: Нет Средняя: 4.5 (2 голосов)

  1

      Среди многих тысяч кадров, отснятых мной, есть и такие: тигр, готовый к прыжку на открытой поляне, и олень, делающий шаг навстречу ему. Это не комбинированные съемки, не фокус кинооператора. Я сам наблюдал этот необычный эпизод в уссурийских падях, в двадцати километрах от поселка Липовцы. Олень, еще не загнанный, еще сохранивший силы для бега, вдруг повернулся и сделал шаг навстречу своему преследователю - последний шаг в своей жизни. Почему он так поступил? Загадка долго мучила меня. Ответа я не находил. Это было вдвойне обидно, так как когда-то я окончил биологический факультет Киевского университета и несколько лет работал в НИИ имени Менделя под руководством профессора Евгения Петровича Чусина. Об его работах писали совсем недавно в научно-популярных журналах, чуть ли не половину номера посвятил ему журнал "Генная инженерия".

Навестить сына...

Ваша оценка: Нет Средняя: 4 (1 голос)

      "Надо было бы еще навестить сына, - думает Павел Юрьевич. Судя по чересчур бодрому письму, у него что-то не ладится. Полчаса полета до космодрома, а там еще часок - и я буду на искусственном спутнике "у Володи. Что же у него не ладится? На работе или дома? Скорее всего - дома. Вера - очень капризная женщина, а у него не хватает чуткости. Если мне станет легче, обязательно полечу, что бы там ни говорил врач. "Зайцем" проберусь на ракету..."
      Он знает, что ему не станет легче. Хоть кибер-диагност не сообщает пациентам результаты исследований, Павел Юрьевич по невозмутимому лицу врача понял все. Его дни, а может быть, часы сочтены.
      Прежде всего Павел Юрьевич составил список дел, которые надо обязательно закончить. Конечно, он боялся смерти, но со своим страхом сжился настолько, что со стороны казалось, будто он и вовсе не боится. Так спокойно и деловито готовились в последний путь его прадеды - русские крестьяне.

Феномен Иванихина

Ваша оценка: Нет Средняя: 3.5 (2 голосов)

1

      Жене Иванихину двенадцать лет. У него белесые брови и слегка раскосые темные глаза, из-за чего он получил прозвище "заяц". Чтобы заметить брови, надо хорошо присмотреться, такие они редкие. Губы у Жени полные, яркие, "бантиком", в синюю или черную крапинку, поскольку он часто грызет карандаш, ручку и вообще все, что попадается под руку.
      Кроме мамы и папы, у Жени есть еще сестра и брат-восьмиклассник Витя, типичный акселерат, рост - метр восемьдесят, пять и косая сажень в плечах, кандидат в мастера спорта по боксу. Женина сестра Люся тоже акселератка: выше мамы на полторы головы и, по утверждению папы, "на столько же глупее". Она баскетболистка, юная скрипачка и (ох, этот папа!) пижонка. В атом году Люся кончает среднюю школу и, если попадет в институт, то лишь благодаря папиным друзьям и баскетболу: папа отыщет такой вуз, где собирается сильная команда баскетболисток. Люся носит расклешенные брюки с молниями, мужские свитера. У нее железный характер и столько поклонников, что на Восьмое марта Женя задыхается от запаха мимозы, а мама тайком отдает ее соседкам.

Понять другого...

Голосов пока нет

    1

      Сигом Ант устремился вниз сквозь разреженные слои атмосферы. Он пробивал облака, и они струились по его защитной оболочке, как разноцветные плащи. Ант на лету анализировал их состав, и в его памяти возникали по аналогии воспоминания: снег на холмах; формула солевого раствора; музыкальная фраза, аккорд, затухающий под потолком и вызванивающий в люстре; пергаментные щеки старика и белая окладистая борода; уравнения с несколькими неизвестными. Каждое воспоминание будило отзвук в душе сигома, и его лицо неуловимо меняло выражения: миллиарды выражений в секунду. А плащи все наплывали и спадали - белые, дымчатые, сизые, синие, серые...
      Сигом узнал, что его предположения верны и что на этой планете действительно есть жизнь, - ритмолокаторы ощущали следы ее дыхания в атмосфере, за сотни километров от поверхности.

Повод для оптимизма

Ваша оценка: Нет Средняя: 1 (2 голосов)

      Все началось со статьи в одной из центральных газет, где сообщалось, что некий французский издатель и журналист Луи Паувельс, известный в кругах парижской прессы под кличкой "крысиный король", в нескольких номерах журнала "Фигаро-магазин" опубликовал материалы, посвященные опытам американских физиологов над крысами. Результаты опытов "убедили его, оказывается, в существовании "высших" и "низших" рас, причем не только среди" животных, но и людей". Тогда-то я вспомнил о других записях и решил познакомить с ними читателей.
      Я глубоко признателен директору Музея Памяти о войне, подарившему мне фотокопии этих страниц дневника.

Победитель

Голосов пока нет

      Умножая свои ряды, мы теснили их по пятам. Отступление противника уже давно превратилось в паническое бегство. Это была война ядов и газов, и счет в ней шел на миллионы и миллиарды жертв. Недорастворенные вражеские воины в белых и оранжевых одеждах валялись по обочинам скользких синих дорог, по берегам красных пульсирующих рек и каналов, наполненных вязкой жидкостью. Они лежали в разных позах - вытянутые или скорчившиеся, ссохшиеся или раздутые тельца, - не пробуждая во мне былой ненависти. Угасла месть, вспыхнувшая, когда они убили лучшего моего друга - Умара, которого мы все называли Ученым. Он был таким добрым, что в его доброту сразу не верилось. Она казалась маской, скрывающей что-то иное, более привычное.

Ленты новостей