ДОКУМЕНТ

Голосов пока нет

И чего я так спешил вернуться из пионерлагеря? Никого из наших ребят в городе нет, и во дворе у нас как-то тихо, жарко и скучно.

А вчера я стоял на балконе и увидел Герку Сазонова. Он куда-то бежал.

— Эй! — закричал я. — Здорово!

Герка остановился и задрал голову.

— О, привет! — сказал он, и было видно, что он мне тоже обрадовался, хоть мы с ним никогда особенно не дружили.

Герка на два года старше меня и уже перешел в девятый.

— Ты куда идешь? — спросил я.

— Пошли со мной, — ответил Герка.

— А куда?

— Корочки для паспорта покупать.

— А зачем тебе?

— Нужно.

— Зачем?

— Так я паспорт вчера получил, — сказал Герка и глупо захихикал. Я, между прочим, тоже так хихикаю, когда смущаюсь.

Пошли мы на Центральную в писчебумажный. Герка рассказывал, как он получил паспорт, и все время вытирал рукавом пиджака мокрый лоб. А я подумал: почему он в пиджаке, ведь жарко?

— Ты зачем в пиджаке ходишь? — спросил я. — Жарища такая, а ты в пиджаке!

— А куда же я без пиджака паспорт спрячу? — сказал Сазонов и даже немного обиделся. — Соображать надо!

Он снова вытер лоб, а потом расстегнул пиджак и достал из бокового кармана паспорт. Паспорт был таким новеньким, что казался совсем тоненьким, и от него пахло, как от новой общей тетрадки, только немного по-другому. На фотографии Герка таращил глаза — это у него такая привычка, — и я впервые в жизни узнал, что Геркино имя Гораций. Гораций Иванович Сазонов — так было написано в паспорте.

— Ничего паспорт!— сказал я, и Герка снова положил его в боковой карман, заколол карман английской булавкой и застегнул пиджак на все пуговицы. Но это только так говорится — на все, потому что пуговица-то была одна.

— С паспортом знаешь как здорово! — сказал Герка. — Хочешь, например, лодку взять напрокат, плати двадцать копеек, оставляй паспорт в залог — и пожалуйста!

— А давай пойдем покатаемся! — предложил я.

— Неохота... — подумав, ответил Герка. — Я уже вчера два часа катался.

— А что еще с паспортом можно сделать?

— Ого! Да что угодно! — Герка пожал плечами. — В кино ходить можно, когда до шестнадцати лет не пускают. Я уже вчера ходил, «Женщину в черном» смотрел. Вот это картина — сила! Сегодня второй раз схожу посмотрю, если захочется.

И тут у меня появилась гениальная идея.

— Слушай, Герка, возьми меня с собой на эту самую «Женщину в черном». А? У меня есть сорок копеек.

— Так ведь тебя не пропустят.

— Пропустят! Ты мне билет по твоему паспорту купишь. Ты же имеешь право взять два билета?

— Ого! Хоть десять! Только тебя все равно контролерша без паспорта не пустит.

Но я уже все продумал.

— А мы сделаем так: ты сначала пройдешь один, а потом незаметно через окно в фойе передашь мне твой паспорт.

— Нашел дурака! — сказал Герка. — Кто тебе поверит, что это твой паспорт? Там же моя фотокарточка.

— Так, может, контролерша на фотографию не станет глядеть.

— «Может, может», — передразнил меня Сазонов. — А если станет?

— Не станет! — повторил я, потому что мне уж очень хотелось посмотреть эту картину.

— И все равно никто не поверит, что у тебя уже есть паспорт. Не похож ты на такого человека!

Это меня задело: ведь все говорят, что я выгляжу старше своих лет, и, если уж на то пошло, так мы вообще с Геркой одного роста.

— А ты сам, думаешь, похож? — спросил я как можно ехидней.

— Да уж похож — не похож, а паспорт имею! — ответил Герка и противно засмеялся, довольный своим ответом.

— Ну и гуляй со своим паспортом! — сказал я и пошел в другую сторону.

Но Герка Сазонов все-таки хороший парень.

— Эй, ты! — крикнул он. — Ты что, обиделся? Постой! — Я и сам хотел уже остановиться, но почему-то продолжал идти.

Тогда Герка сам догнал меня.

— Ну, ладно, давай попытаемся. Только договоримся так: ты показывай контролерше паспорт издали. А если она захочет его взять — сразу убегай. А то еще заберет паспорт и сдаст в милицию. Знаешь, что бывает за передачу документа посторонним лицам?

— Что?

— Ого! Суд — вот что! Охота мне из-за тебя под суд идти.

— А как они докажут, что ты сам дал мне паспорт? Может, ты не виноват? Может, ты просто потерял его, а я нашел.

— А за утерю паспорта — штраф!

— Так ведь ты его мог нечаянно потерять!

— А нарочно паспортов, между прочим, никто не теряет. Да и тебе тоже не поздоровится за то, что ты пользовался чужими документами.

— Как же я пользовался? Разок в кино сходил.

— Разок или не разок — как ты докажешь? А может, ты и пострашней дела делал! С чу­жим паспортом такое можно натворить — ой, ой, ой! Вот у нас один нашел чужой паспорт и знаешь что сделал?

— Что?

Герка подумал...

— Взял по этому паспорту напрокат лодку, уехал и-и-и...

Герка так долго тянул  свое «и», что я не вытерпел:

— И что?

Герка опять подумал...

— ...и не вернул эту лодку совсем.

— А куда он ее дел?

— Откуда я знаю? Уж куда-нибудь дел.

В это время мы подошли к «Ударнику», так называется наш кинотеатр. Я осторожно заглянул в вестибюль и увидел, что в дверях, как назло, стоит самая вредная контролерша.

В этом кино три контролерши. Одна — ничего, красивая. Возле нее постоянно торчат взрослые парни. Они рассказывают ей всякие веселые истории, и она так хохочет, что даже не считает, сколько билетов ей дают. Я уже три раза проходил мимо нее без билета. Честное слово! Вторая контролерша строгая, все видит. А третья — совсем ведьма. Она так подозрительно смотрит на меня, будто я всегда хожу без билетов. Она на всех так смотрит, даже на взрослых. Она бы рада была совсем никого не пускать в кино — такой у нее вредный характер.

И теперь как раз она стояла в дверях! По правде говоря, мне уже не очень хотелось идти в кино. Да и Герке, конечно, весь наш план не шибко нравился. Но он боялся, что я могу подумать, будто он трус. А я боялся, что он подумает обо мне то же самое. Конечно, контролерши я боялся еще больше. Но пути для отступления у меня все равно уже не было. И у Герки тоже.

— Ну, давай деньги на билет, — сказал он, вздыхая. — Или, может, ты передумал?

— Зачем мне передумывать? — ответил я и тоже  вздохнул. — Ты только сам не трусь.

— Нашел трусливого! — Герка взял деньги, достал паспорт и медленно пошел в вестибюль, где находилась касса. А я отошел подальше от кино и стал ждать.

Я уже был уверен, что эта ведьма обязательно захочет забрать у меня Геркин паспорт. И я представлял себе, как я бегу по улице, а за мной гонится большая, толстая контролерша. Она размахивает руками и кричит, как громкоговоритель, который по праздникам укрепляют на нашем доме...

И прохожие тоже бросаются в погоню за мной.

И милиционеры, оставив свои светофоры, вскакивают на мотоциклы и присоединяются к погоне.

А я мчусь, зажав в кулак Геркин паспорт, и понимаю, что мне не уйти.

Ну зачем, зачем я только упрашивал Герку! И почему я такой невезучий?!

Но тут я увидел Сазонова. Он выскочил из вестибюля и побежал ко мне.

— Эй, слушай! — закричал Герка. — Оказывается, на сегодня все билеты проданы! — Он весело улыбнулся, вытирая лоб рукавом пиджака. — Я подошел к кассе, а они проданы.

— Жаль, — сказал я как можно с большим огорчением. — Не повезло!

А на душе у меня стало так легко и радостно, как бывает, когда вдруг после третьего урока весь класс отпускают домой.

И мы потопали в писчебумажный на Центральную покупать корочки для Геркиного паспорта.