ПОСЛЕДНЯЯ ГИПОТЕЗА

Ваша оценка: Нет Средняя: 4 (1 голос)

Это произошло со мной не то в Париже, не то в Чикаго. Во всяком случае, это было на Западе, где и случаются разные неприятные истории.

Я не знаю почему, но меня всегда раздражал один из самых известных антропологов, доктор со странной двойной фамилией Гааль-Пеерин.

То ли он был чересчур придирчив и педантичен, то ли слишком демонстративно показывал, что считает дураками всех своих коллег, а это было явно несправедливо, если учесть, что я в то время тоже занимался антропологией. Так или иначе, минуты, проведенные в обществе доктора, не были лучшими минутами моей жизни.

— Я хочу поделиться с вами одной мыслишкой, — сказал мне в тот день Гааль-Пеерин. — Вам не кажется, что во фразе «Человек произошел от обезьяны» есть неточность?

— Неточность? — переспросил я. — Но ведь каждый школьник знает, что мы произошли от антропоидов и обезьяны наши ближайшие родственники.

— Родственники — этотоже неточно!  — ворчливо возразил Гааль-Пеерин.

Мы сидели в ресторане, и послушные роботы бесшумно обслуживали нас. К ним не нужно было обращаться с просьбами, они сами угадывали или, вернее, предугадывали все, что вы могли захотеть. Любое, даже подсознательное желание, едва появившись в мозгу человека, радиоволнами передавалось роботу, и тот немедля приступал к его исполнению. И нередко еще за минуту до того, как вы начинали ясно сознавать, что именно вам хочется, ваше желание оказывалось уже исполненным.

— Пусть это не оскорбит ваших родственных чувств, — продолжал доктор, — но я начинаю подозревать, что мы произошли не от обезьян, а только благодаря им.

— Не понимаю, — сказал я, пожав плечами.

— Это естественно, — криво улыбнулся Гааль-Пеерин. — Но я постараюсь говорить понятным для вас языком. Надеюсь, вы допускаете, что на этой планете до нас уже существовали другие, дочеловеческие цивилизации, бесследно исчезнувшие в результате неизвестных нам катастроф и потрясений?

— Конечно! — согласился я.

— Это делает вам честь, — сказал доктор и засмеялся своим скрипучим отвратительным смехом. — Так вот, я обнаружил многочисленные остатки одной из таких цивилизаций и установил причины, по которым она погибла. Представьте себе, что в относительно давние времена, порядка двухсот — двухсот пятидесяти тысяч лет назад, обезьяны были совсем не такими, какими мы их видим теперь. Они находились на гораздо более высоком уровне развития, чем сегодняшнее человечество. Естественно, они передвигались только на задних конечностях, способны были проделывать руками какую угодно работу и, отличаясь атлетическим телосложением, увлекались наукой и спортом.

Их возможности были так велики,  что они  смогли создать для себя более совершенных роботов, чем до сих пор удалось нам. Вполне закономерно, что этих роботов они сконструировали по своему образу и подобию. Другими словами, те, кого мы называем человекообразными обезьянами, создали обезьяноподобных роботов. Эти выведенные искусственным путем в лабораториях киберы так мало отличались от живых существ, что были способны даже к самовоспроизводству.

Итак, наступил золотой обезьяний век. Роботы проделывали за них всю работу, как фи­зическую, так и умственную, а обезьяны, не зная никаких забот, круглосуточно наслаждались жизнью.

И постепенно изнеженное, позабывшее труд общество обезьян стало превращаться в общество тунеядцев. Представьте себе планету, по которой бродят полчища тунеядцев, думающих только о том, как бы развлечься! Обезьяны, согласно их последней моде, бросили бриться и стали отращивать дурацкие хвосты.

Не занимаясь больше умственным трудом, они начали тупеть, глупеть и, чтобы хоть чем-то занять отвыкшие от работы руки, приучились ходить на четвереньках.

Так погибла одна из величайших на нашей планете цивилизаций.

И, увидев, что цивилизация погибла, обезьяны плюнули и ушли в джунгли.

— А роботы? Что стало с их роботами?

— Вы еще более недогадливы, чем я думал. Роботы сначала тоже опустились и так одичали, что стали жить в пещерах и питаться сырым мясом. Ну, а потом они все-таки взялись за свой искусственный ум, начали усиленно прогрессировать и допрогрессировались до того, что назвали себя человеками и изобрели собственных роботов.

— Не хотите ли вы сказать, что мы кончим так же, как обезьяны?! — воскликнул я.

— А почему бы и нет? По секрету скажу вам, я уже замечаю эти ростки будущего у некоторых моих знакомых!

При этом доктор Гааль-Пеерин опять скрипуче засмеялся и посмотрел на меня так, что мне мучительно захотелось швырнуть  в него  чем-нибудь тяжелым.

И в то же мгновенье массивная пепельница с треском опустилась на лысину Гааль-Пеерина. Послушный робот, как всегда, быстро и точно исполнил желание человека.