МОГИЛА ТАМЕ-ТУНГА. Глава 15

Голосов пока нет

 

Глава 15
Сагамор и другие

Сергей очнулся от сильной жажды. Десны и нёбо были воспалены. Вокруг темнота. Сергей потрогал грудь, голову, ощупал ноги и руки: все цело. Где же он? Рука наткнулась на сосуд у изголовья. Какое счастье! Это был кувшин, полный воды. Сергей припал к нему и пил, пил, жадно захлебываясь, чувствуя с каждым глотком, как в него вливаются силы и бодрость. Вода была теплая и горьковатая на вкус, но утоляла жажду.

Сергей вспомнил все, что с ним произошло. Развалины необычайного храма. Гигантские фрески... Потом – шорох за спиной, укус в шею... Смутно всплыли из памяти обрывки видений – лица людей, наклонившиеся над ним, их гортанные голоса... Может быть, все это было во сне?

Сергей приподнялся, протянул руку. Она наткнулась на стенку из веток. С другой стороны оказалась такая же преграда. Значит, он в хижине. Где-то должен быть выход. И вдруг слух Сергея уловил странные звуки. За стенами жилища, казалось, стонало какое-то многоголосое существо:

– Олиу! Хой, хой! Олиу!

В этот стон, словно шум морского прибоя, иногда вплетался глухой рокот. Что это за звуки?

Неизвестные люди каким-то образом усыпили его и перенесли в свою хижину. Сейчас он – их пленник. И куда-то исчез Аоро. Неужели голова его друга стала трофеем охотников за черепами? Нет, рано предаваться отчаянию! Может быть, удастся отсюда убежать?

Поднявшись на ноги, Сергей ощупью обследовал стены тюрьмы. Они оказались сплетенными из прутьев и пальмовых листьев, обмазанных изнутри глиной. В случае чего он сможет проделать ножом отверстие достаточной величины, чтобы выбраться наружу. Но где его нож? Ножны были пусты.

Неожиданно Сергей нашел то, что искал: дверь, а точнее, большой кусок жесткой ткани, прикрывающий выход. Он осторожно высунул голову. Если это тюрьма, то должна быть и охрана. Никого поблизости не оказалось. В темноте смутно угадывались плоские и конические крыши многочисленных хижин, какое-то длинное строение на сваях. Значит, он находится в индейской деревушке.

Людей не видно, сейчас ночь, и они, наверно, спят. Сергей обогнул хижину и увидел на площадке несколько больших костров. В их трепетном свете двигались полуобнаженные фигуры людей. Звуки, которые Сергей принял за стон, были не чем иным, как пением танцевавших под аккомпанемент барабанов. Танцующие держались за руки и в такт барабанам то подпрыгивали, то приседали, распевая непонятные Сергею слова:

– Олиу! Хой, хой! Пасахай, олиу!

Темп танца все учащался и учащался, и вдруг барабаны разом смолкли. Танцующие в изнеможении попадали на землю. Наступила тишина.

Тишина заставила Сергея подумать о себе. Пока индейцы заняты ритуальными танцами, нужно бежать, решил он. Но тут же задумался: а куда, собственно, бежать? Вокруг темной стеной стояли джунгли. Где-то вдали полыхали зарницы, слышались отдаленные раскаты грома.

Сергей решил вернуться к себе. Пробираясь в темноте между деревьями, он угодил в какую-то яму, собрался было вылезти, но тут появились индейцы с факелами в руках, расходившиеся после танцев по своим хижинам. Сергей присел в яме и стал наблюдать, что будет дальше.

Два индейца приблизились к хижине, возле которой спрятался Сергей, и остановились от него в нескольких шагах. Один из них держал в руке копье с ромбовидным наконечником, второй осветил хижину факелом. Их одеяние составляли юбки из растительных волокон да пучки перьев, прикрепленные на щиколотках и запястьях. У каждого на груди был нарисован белой краской человеческий череп.

"Значит, это и есть стража", – решил Сергей. Индейцы не подозревают, что тюрьма пуста. Но если они его обнаружат – он нападет первым и постарается обезоружить.

Между тем индейцы постояли возле хижины, перебросились несколькими фразами. Один подошел к самому пологу и, наклонив голову, стал слушать.

– Иегуа! – сказал он своему товарищу. (Впоследствии Сергей узнал, что это слово означало: "спит"). Индейцы повернулись, и направились к длинному строению на сваях. Для Сергея это было неожиданностью. Он готов был драться и дорого продать свою свободу, а, оказывается, никто на нее и не думал посягать.

Если он – пленник, то почему индейцы не связали его, оставили без охраны? Возможно, это мирное племя, хотя свирепая внешность их представителей не располагала к доверию.

Внезапно начался дождь, забарабанил по спине Сергея. Джунгли наполнились ровным шумом стекающей с листьев воды. У Сергея снова мелькнула мысль: а не убежать ли ему сейчас? Дождь скроет следы, если индейцы вздумают его преследовать. Но благоразумие взяло верх. Идти в полной темноте сейчас опасно, на каждом шагу можно напороться на острый шип или камень. У Сергея не осталось никакого оружия, нет пищи. Где, в какой стороне искать знакомый ручей, опустевшую хижину?

– Э, будь что будет, – решил Сергей. – Никуда отсюда до утра не уйду. Если бы индейцам нужна была моя голова, они давно бы ею завладели...

Через минуту Сергей лежал на своем месте в хижине. Здесь, было сухо, уютно, и он быстро заснул.

Проснулся Сергей на рассвете. В щели пробивались полоски света. Они-то и помогли Сергею заметить в углу хижины какую-то связку. Это были его лук, стрелы, копье и даже копченое мясо; которым он запасся, когда отправился на розыски Аоро.

Не было только ножа. Что за странные охотники за черепами, снова удивился Сергей, если они не только оставляют пленника на свободе, но даже не отбирают оружие?

Из этих раздумий Сергея вывело появление на пороге хижины высокого индейца. Он спокойно и внимательно посмотрел на Сергея и сказал по-португальски:

– Иди за мной!


Сергей послушно отправился за высоким индейцем, с интересом оглядываясь по сторонам. Жизнь в деревне шла своим чередом. Старые индианки пекли на глиняных сковородках большие лепешки, жарили рыбу и толстых, как бананы, гусениц, готовили напитки. Девушки носили топливо для костров, воду в бамбуковых сосудах. Мужчины собирались группами и о чем-то совещались. Было похоже, что в селении шли какие-то приготовления.

Сергей проследовал за своим молчаливым провожатым через всю деревню. Уже одно то, что здесь понимают португальский язык, ободрило его. Значит, есть возможность объяснить, кто он такой, и попросить помощи выбраться в цивилизованный мир.

Сейчас Сергей получше рассмотрел длинное сооружение на сваях, замеченное еще ночью. Это был огромный навес с высокой конической крышей из бамбука и пальмовых листьев, опирающейся на шесты. Стен сооружение не имело, так что свободно просматривалось во всю свою тридцатиметровую длину. По-видимому, этот дом был местом каких-то массовых индейских обрядов, так как мог вместить почти все население деревни. Возле одной хижины Сергей заметил несколько человеческих черепов, подвешенных у входа. Они напомнили Сергею, что жители этой затерянной в джунглях деревушки – охотники за черепами. Может, пока не поздно, все-таки удрать в лес? Но тут же Сергей отбросил эту мысль. Пока что ничего плохого ему не сделано и рано праздновать труса.

Сразу за селением находились поля – жалкие клочки земли, отвоеванные ценой большого труда у джунглей, на которых выращивались маниока и бататы. У хижины, стоявшей несколько поодаль от других, провожатый остановился.

– Тебя хочет видеть сагамор, – равнодушно сказал он и, пропустив Сергея внутрь хижины, сам остался снаружи.

Сагамор – так индейцы называют вождей или наиболее почетных и старейших людей племени – был маленького роста и не столь уж старый. Седые космы беспорядочно торчали из-под кожаного ремешка, охватывавшего голову.

При входе Сергея в хижину сагамор стоял на коленях возле чуть тлевшего костра, разложенного в створке большой речной раковины, тер между ладонями гладкие камешки и что-то бормотал себе под нос. Он даже не повернул головы, всецело поглощенный своим занятием. Выражение его лица было свирепое.

Перебрав по одной целую груду гальки, сагамор долго сидел с закрытыми глазами, слегка раскачиваясь, и вдруг, резко повернувшись к Сергею, крикнул:

– Ты всегда болен или заболел только первый раз?

Это было сказано по-португальски и так неожиданно, что Сергей растерялся, не зная, что ответить. Злые маленькие глазки уставились на него.

– Ты – больной и принес к нам дурную болезнь, – снова крикнул сагамор. Он вскочил на ноги, нагнул голову и, как разъяренный бык, ринулся на Сергея с поднятыми кулаками.

Уроки Аоро не пропали даром. В какие-то ничтожные доли секунды в голове Сергея созрел план защиты. Нужно оставаться на месте, пока противник не приблизится вплотную, потом сделать быстрое обманное движение влево, отбросить ногу назад для упора и, нагнувшись всем туловищем, встретить противника спиной так, чтобы его верхняя часть тела не встретила препятствия и потеряла равновесие. Как только живот или бедра нападающего окажутся на спине, мгновенно выпрямиться. Если в этот момент резко ударить противника по голове, а второй рукой подсечь его ноги, то можно сломать нападающему шейные позвонки.

Р-р-раз! – сагамор высоко взлетел в воздух и оказался снаружи хижины. Он сидел в грязи, ошеломленный падением, и потирал поцарапанное плечо, ничего не соображая. Индеец, который привел Сергея и до этого спокойно сидевший на обрубке дерева, вскочил на ноги, с удивлением глядя на столь неожиданное и необычное появление начальства. Но сагамор уже пришел в себя и с яростным воплем бросился к хижине, на пороге которой появился Сергей.

На этот раз старейшина встретил пустоту. Юноша молниеносно отскочил, оказался за его спиной. Сагамор схватил стоявшее возле хижины копье, с силой метнул его в Сергея. Но снова неудача: Сергей поймал копье на лету, сильным взмахом переломил его на две части и почтительно положил обломки к ногам окончательно рассвирепевшего сагамора. Всем своим видом Сергей старался показать, что не желает драться и, тем более, поднимать руку на старейшину племени.

Все это произошло так быстро, что индеец, стоявший снаружи с раскрытым от удивления ртом, не успел вдохнуть и трех раз. Но он тут же пришел в себя, выхватил короткий нож с широким лезвием, угрожающе двинулся на Сергея, осмелившегося обидеть сагамора.

Сейчас Сергею пришлось бы плохо. Он решил только защищаться. Но сагамор вдруг знаком приказал подчиненному оставаться на месте. Некоторое время он рассматривал Сергея без всякой злобы, а скорее с любопытством, и, подняв указательный палец, произнес торжественным тоном:

– Сагу-сагу.

Потом он потер на плече ссадину, слизнул языком кровь и пригласил Сергея в хижину.

На этот раз сагамора точно подменили. Он был приветлив, предложил гостю кусок шкуры, подвинул небольшой бамбуковый стаканчик, отделанный искусной резьбой, налил какой-то мутноватой жидкости. Сергей присел на краешек шкуры, сделал пару глотков. Жидкость казалась кисловатой, не очень приятной на вкус, но Сергей облизнул губы, чтобы показать: угощение понравилось.

– Ты наверное болел всего один раз и у тебя нет дурной болезни? – вернулся сагамор к странному разговору.

В его голосе сквозила надежда. Весь его вид говорил, что он хочет услышать непременно утвердительный ответ.

Сергей ничего не понимал. О какой болезни идет речь? На всякий случай ответил, что совершенно здоров и от всего сердца желает того же мудрому сагамору.

Но последнее замечание повисло в воздухе: видимо, лесть не популярна среди индейцев этого племени.

– Тогда почему ты валялся, как объевшийся кайман, и мои воины, если бы захотели, могли танцевать хуку на твоем животе? – подозрительно вкрадчивым тоном спросил сагамор.

Пока Сергей обдумывал ответ – мужчине не полагается спешить ни в делах, ни в разговоре, помнил он слова Аоро, – сагамор уточнял:

– Мои воины нашли тебя возле Злого Сагуртана. Что ты там делал и посему так крепко спал?

Сагамор замер в выжидательной позе. Приличествующее время, отпущенное для ответа, истекло, а Сергей еще не решил, что ответить. Сказать, что он и сам не знает, какая беда с ним приключилась возле развалин, значило навлечь на себя еще большее подозрение сагамора. Его подозревают в какой-то заразной болезни. Значит, там у развалин с ним произошли странные и непонятные вещи. Оказывается, индейцы, подобравшие его, вовсе не нападали. Этот укол, а, может быть, укус в шею и последующий за ним глубокий обморок или сон – вовсе не их рук дело.

Однако дальше раздумывать было некогда, и Сергей пошел на хитрость.

– Я заблудился и оказался возле Злого С-с-а-агуртана. – Язык еще не мог произнести странное название. – А потом наелся венга-венга, – солгал он.

Дурманящие ягоды венга-венга, вызывающие у человека глубокий продолжительный сон, были хорошо известны сагамору, и он почти удовлетворился ответом, но, кто знает, может этот мори лжет?

– А зачем ты их ел? – спросил он, прихлебывая из бамбукового стаканчика мутноватую жидкость.

– Я был очень голоден, сагамор. – Но тут же Сергей вспомнил, что индейцы нашли при нем запас копченого мяса и, опасаясь, что старейшина разгадает его уловку, поправился: – И к тому же я не знал, что в ягодах сидит такой большой сон. В следующий раз я не возьму их в рот. Но позволь, мудрый сагамор, и тебя спросить, что делали твои воины возле Злого Сагуртана? – пошел юноша на новую уловку, стараясь направить мысли старейшего по другому руслу.

Видимо, этот простой вопрос раньше не приходил вождю в голову. Сагамор почмокал губами, потер между ладонями круглый камушек. И так как время для ответа истекло, а он ничего подходящего не придумал, действительно не зная, почему его воины, отправившись на охоту за обезьянами в сторону Птичьего озера, очутились возле Сагуртана, то он и сказал первое, что пришло ему в голову:

– Был сильный туман, и мои воины заблудились. Как и ты, они потеряли тайэ в виде рыбы, птицы или зверя.

Сергей улыбнулся.

– Как же могли твои воины заблудиться в тумане, если в тот день не было тумана, и дождь перестал. Может быть, твои воины сами пошли к Злому Сагуртану?

Сергей не подозревал, что своими вопросами он ставит сагамора в неловкое положение. Обычаи племени запрещали приближаться к древним развалинам. Но находились воины, которые ходили туда, чтобы среди обломков скульптур найти красивые камни или изделия из кости и затем выгодно обменять их у дальних соседей на металлические наконечники стрел и копий. Мысленно сагамор уже решил разобраться в нарушении табу и наказать виновных, а пока счел лучше всего переменить тему разговора.

– Может быть, ты останешься у нас? – спросил сагамор, потирая очередной камушек. На его темном, точно выточенном из бронзы лице появилась густая паутина морщин, рот приоткрылся, показывая крупные острые зубы, похожие на звериные клыки. – Ты похож на настоящего индейца, знаешь сагу-сагу и достоин иметь долю в пище, место у костра во время танцев хуку. Мы дадим тебе в жены девушку, на которую сам укажешь.

Ответить сразу отказом Сергей не решился, дабы не поколебать свое и без того непрочное положение. Кто знает, что на уме у этого сагамора? Приложив руку к груди, Сергей почтительно наклонил голову, давая понять, что высоко ценит его предложение.

– Я подумаю, сагамор, дай мне несколько дней.

Сергею очень хотелось спросить старейшину, не его ли воины два дня назад появлялись возле хижины на ручье, не они ли шли по следам Аоро, а заодно и узнать, не попадался ли им его друг? Были и другие вопросы: кому принадлежала отрубленная голова, чье мертвое тело осталось лежать в лесу? Заметив, что на лице сагамора отразилось недовольство его ответом, Сергей от вопросов воздержался.

Сагамору, действительно, очень не хотелось упускать из своего племени такого необычайно ловкого мори.

– Ты, как и Большой Глаз, просишь много думать. Так делают женщины и дети, потому что не знают, что отвечать. Они глупы! И-и-ого! – вдруг пронзительно крикнул сагамор.

Это было так неожиданно, что Сергей подскочил, предполагая, что сагамор опять рассердился и снова полезет в драку.

В хижину заглянул индеец.

– Иого, отведи Его Тень к Большому Глазу. Он тоже хочет, чтобы голова распухла от слов, которые не может сказать.

Индеец кивнул, предложил Сергею следовать за ним. "Пусть будет – Его Тень", – подумал юноша, мирясь с новым именем, которым только что наградил его сагамор.

– Послушай, Иого, кто такой Большой Глаз? – спросил Сергей, когда они миновали последние хижины и оказались на крохотном поле, огражденном вертикально врытыми в землю камнями.

– Сейчас увидишь, мори, – презрительно сказал индеец.

Они углубились в лес на несколько десятков шагов по хорошо протоптанной тропе. Впереди Сергей заметил небольшую хижину. Иого остановился и показал пальцем:

– Там Большой Глаз.

Индеец дальше не пошел. Повернувшись к Сергею спиной, он направился в селение.

Раздумывая, кто такой Большой Глаз, с которым ему предстояло "пухнуть головами" от невысказанных слов, Сергей приблизился к хижине. В этот момент край полога отогнулся и на пороге хижины показался человек. Сергей остолбенел.

Это был... Догадайтесь, кто?