МОГИЛА ТАМЕ-ТУНГА. Глава 18

Голосов пока нет

 

Глава 18
Запах золота

Руи вернулся в лагерь сам не свой. С уходом Агурто что-то оборвалось в его душе. Был момент, когда Руи вдруг неудержимо захотелось броситься вдогонку за Железным Капитаном.

В лагере его встретил Фабиан Зуде.

– Что это вы задумали гулять, милейший? Где президент?

– Президент ушел.

– Куда?

– В Манаус! Он отказывается дальше идти и плюет на индейское золото.

– Вот как? Ну, что ж, на все воля всевышнего, мой мальчик. Теперь я буду вашим президентом, и пусть кто-нибудь только попробует мне прекословить!

Известие об уходе Агурто было встречено довольно спокойно. Казалось бы, старые соучастники Агурто, прошедшие с ним по всем кругам Дантова ада, будут сокрушаться о выходе его из игры. Однако жажда богатства, запах близкого золота оказались сильнее. Кэп скрылся за горизонтом – провались он в тартар, старый разбойник! Есть новый президент – они готовы ему служить. "Король умер! Да здравствует король!" На все приказания нового шефа они весело отвечали:

– Есть, Фаб! Будет исполнено, Фаб!

Фабиан Зуде отдал приказ выступать. Сборы были окончены в течение часа. За дни стоянки мулы хорошо отдохнули, выглядели свежими и бодрыми. Все же Зуде распорядился оставить одну раскладную лодку и часть снаряжения. Они были лишними.

Вскоре отряд подошел к впадине, имеющей сходство с кратером потухшего вулкана. Здесь, по словам Зуде, предстояла длительная стоянка. Все с удивлением посматривали на странное сооружение, окруженное высокой каменной стеной.

– Кому понадобилось строить замки в такой глуши?

– Это не замок, а храм.

– Не иначе как заколдован?

– А вот мы его расколдуем.

Руи помог развьючить мулов, поставил палатки, а потом незаметно ушел из лагеря. Ему захотелось поближе рассмотреть диковинный храм. Он спустился во впадину и чуть не увяз в топком болоте. Мириады насекомых облепили его лицо и руки. Мошкара набивалась в рот, в ноздри, мешала дыханию. Цепляясь за корни деревьев, он кое-как добрел до твердой почвы. Легкий ветерок отогнал тучи мошкары. Руи смог глубоко вздохнуть и оглядеться.

Стена, окружающая храм, была сложена из гладко отесанных, тщательно подогнанных каменных глыб. Перебраться через нее без специальных приспособлений нечего было и думать. Все же Руи обошел ее в надежде найти вход, но ни ворот, ни какого другого отверстия в стене не обнаружил.

Руи попытался просунуть нож между каменных глыб. Увлеченный этим занятием, он и не услышал, как за его спиной появился Фабиан Зуде.

– Напрасно стараешься, малыш, – дружелюбно сказал Зуде. – Эти стены и тяжелым снарядом не возьмешь, не то что ножом. Да нам это и ни к чему! Ты, кажется, парень с головой. Правильно поступил, малыш, что не пошел с Капитаном. Пусть он лезет в петлю, а мы с тобой еще потопаем по земле. Но поговорим о других вещах. Тебе показывал Агурто карту и книгу с прозрачными пластинками вместо страниц?

– Кэп всегда доверял мне.

– Отлично, приятель! Не упоминал ли он в разговоре о Лагусе, Биате, Зеленой Змее, хижине Таникара и тому подобной чертовщине?

– Ты пропустил Долину Вечного Тумана, шеф.

– Хорошо, малыш, голова у тебя на своем месте. Так вот, это и есть хижина Таникара, – показал Зуде на стену. – Ты не встречал еще Зеленой Змеи, но она находится тоже здесь. Не ломай голову, малыш, Зеленая Змея – не животное, это, как бы тебе сказать, игра воображения, мираж, кажущееся, но не существующее. Понятно? Если подняться вон туда, – Зуде показал на вершину кратера, – и посмотреть на впадину, то как раз и увидишь Зеленую Змею. Сегодня мы сделаем небольшую разведку, и я возьму тебя с собой. Антонио и Лоренцо – дельные парни, но чуточку глуповаты. А ты мне чем-то нравишься. Держись за Фабиана, малыш, и никогда не пропадешь!

Руи пожал плечами.

– Если так угодно президенту.

– Тогда не будем терять времени. До вечера нам нужно успеть вернуться в лагерь. Будь внимателен, Лагуса – зеленую жабу – мы встретили вчера, а здесь где-то скрывается еще и Биат. Не будем гадать, что это за чертовщина. Признаться, и мне стало не по себе, когда эта тварь, величиной с молодого бычка, спрыгнула с дерева и поскакала на нас, точно кенгуру, – припоминал Зуде подробности вчерашнего происшествия, естественно умалчивая о том, что бежал вместе со всеми самым позорным образом. – Проверь-ка свои игрушки, малыш, и главное, не робей!

Руи вытащил из кармана револьвер, сунул его за пояс, карабин взял под мышку. Они прошли вдоль стены и начали карабкаться по крутому склону наверх.

На вершине росли низкорослые кустарники и шарообразные кактусы величиной с десятиведерную бочку. С высоты хорошо была видна вторая долина. Она была меньше кратера, но глубже и суше. Большие острые скалы, словно бивни каких-то допотопных животных, торчали в разных местах из земли. Казалось, в незапамятные времена здесь разыгралась грандиозная битва исполинов и обломки их костей и зубов усеяли низменность. Руи и Зуде с интересом глядели на странную долину, сердца их учащенно бились: неужели это – цель их долгого и трудного пути?

– Спустимся пониже, – предложил Зуде.

Они сделали несколько осторожных шагов, чтобы не поскользнуться на крутом склоне, и наткнулись на живую преграду из острых шипов. Потребовалось много времени, пока путники обошли ее. Руи вдруг запнулся, у него из-под ног со стуком откатился какой-то предмет.

– Посмотри-ка, шеф, что я нашел!

Фабиан подошел. Между камней лежал проржавевший до дыр старинный железный шлем, вероятно, еще времен Кортеса.

– Эге, здесь, кажется, уже побывали молодцы, – мрачно проговорил Фабиан, рассматривая находку.

Через несколько шагов они увидели костяную рукоять древнего меча и рядом проржавевший шлем, в котором, как в скорлупе, находился череп. Тут же валялись обломки ржавых мечей и алебард. Какая трагедия разыгралась здесь? Только камни – немые свидетели прошлого – могли раскрыть тайну.

Но камни молчали.

Вдруг Зуде быстро нагнулся и подал знак. Руи сделал то же самое. Шагах в двухстах от них двигалось какое-то странное безобразное существо. У него были ноги и туловище слона, покрытые длинной редкой шерстью, на брюхе свисавшей почти до земли, а голова, непомерно крохотная, на короткой толстой шее. Необычайный зверь приблизился к деревцам и не спеша начал их обгладывать.

Фабиан и Руи замерли. В глубине долины бродило еще немало таких же зверей. Среди них были и малыши, величиной с хорошего теленка, щипавшие листву или неуклюже резвящиеся у ног родителей.

– Пошли назад! – приказал Зуде.

– Д-да, – задумчиво проговорил Руи. – Если эти бычки охраняют могилу вождя, нам здесь нечего делать. Их шкуру не возьмет разрывная пуля. А ноги? От человека останется мокрое место, если такой бычок случайно наступит на него. Нет, Фаб, кажется, наше дело – бамбук!

– Пока рано вешать нос. Давай-ка поспешим в лагерь и там подумаем, что нам делать...

До стоянки оставалось уже совсем немного. Но что за необычайная тишина? Ни голосов, ни обычного шума, когда на отдых располагаются люди, не было слышно. Зуде и Руи молча переглянулись, ускорили шаги, не сговариваясь, приготовили оружие. Вот и лагерь! Что за дьявол! Стоят палатки, лежат тюки с провизией и имуществом, мулы спокойно жуют корм, но людей нет. Они исчезли!


Что случилось? Где Антонио и Лоренцо? Куда подевались Фесталь, Отега, Кано, все проводники? Фабиан Зуде и Руи стояли растерянные посреди лагеря, осматриваясь по сторонам. Да что же здесь случилось? Не могли же все разом провалиться сквозь землю?!

Зуде первым пришел в себя. Он наклонился и стал внимательно осматривать почву. Возле тюка со складными лодками он остановился, присел на корточки, поманил пальцем Руи.

– Смотри, – шепнул он, показывая корявым пальцем на землю. Перед ними лежало птичье перо алого цвета. Но не это удивило Руи, перо могла уронить пролетавшая птица. У основания лежавшего пера было нанизано несколько тонких металлических колец. Никто в отряде не носил такого украшения, никогда ни Фабиан, ни Руи не встречали птиц, у которых бы перья были с металлическими кольцами.

Руи хотел поднять перо, чтобы получше его рассмотреть, но Зуде перехватил его руку.

– Не тронь! Пусть лежит. Смотри, здесь только что побывали какие-то люди. Видишь? – и Зуде показал на большой след босой ноги, отчетливо проступавший на земле. Откуда он мог здесь взяться? В отряде никто не ходил босиком, даже проводники имели крепкие башмаки из бычьей кожи. Значит, был кто-то посторонний? Но кто?

Фабиан и Руи внимательно осмотрели лагерь и нашли еще несколько таких же великаньих следов. Судя по их размерам, люди, недавно побывавшие в лагере, были высоки и, вероятно, соответствующей силы. Что они сделали с Фесталем, Антонио, Лоренцо, Отега, Кано? Неужели те сдались без борьбы? Если б они сопротивлялись, то шум и выстрелы несомненно были бы слышны. Что же это за необычайные грабители?

– Послушай, президент, – громко сказал Руи, – мы сейчас же пойдем по следам этих негодяев, нагоним их и будем драться до последнего патрона. Мы должны выручить наших товарищей.

Но Фабиан Зуде равнодушно отнесся к этому предложению. Он стал торопливо набивать карманы патронами, высыпал несколько мешков с бобами прямо на землю и начал набивать их консервами, шоколадом, кофе, мукой, пачками табака. Руи весь потемнел. Так вот в чем дело! Шеф и не думает идти людям на помощь, а собирается задать стрекача! Нет, Руи этого не допустит!

– Презренный трус со змеиным языком и цыплячьей душой! Как ты смеешь обворовывать товарищей, попавших в беду! Я помогу тебе встретиться с господом богом сию же минуту, не будь я Руи Мейер!

Зуде повернулся, и Руи поймал на себе острый, ненавидящий взгляд. Но это продолжалось не больше мгновенья. Глаза Фабиана вдруг сразу стали ласковыми и недоумевающими.

– Что ты болтаешь, малыш? Я что-то плохо расслышал. Чтобы я бросил своих товарищей? Да перевариться мне в желудке каймана вместе с костями, если это так. И придет же в башку такая чушь. Эх, молодость! Да боже упаси! Слава мадонне, мы свободны и можем постоять за своих несчастных друзей. И нехорошо, малыш, богохульничать. Наш небесный отец все видит, все понимает. Собери-ка вон те мешочки, в них остались бобы и фаринья – пригодятся. Отвязывай вот этого, коричневого мула, он самый выносливый...

Но Руи не так-то просто было провести, он понимал, что Зуде хитрит.

– Мулы нам не нужны, шеф, возьмем только оружие и патроны.

– Погоня может продлиться несколько дней. Не с голыми же руками нам отправляться в путь, – возразил Зуде.

Но и на этот довод Руи не сдался.

– Мы возьмем только оружие и патроны. Запасы провизии нам ни к чему, – упрямо повторил Руи и выразительно прикоснулся к рукояти своего револьвера. Но уже в следующее мгновенье он увидел, что опоздал: левая рука трактирщика крепко сжимала большой многозарядный пистолет. Черный глазок с овальной мушкой смотрел прямо в лицо Руи.

– Спокойно, малыш, ты забыл, что сейчас командую я. Живо пошевеливайся, отвязывай коричневого! Брось-ка мне свои игрушки, не забудь и тот маленький револьверчик, что у тебя во втором внутреннем кармане. Торопись, мальчик, я не намерен шутить!

Руи ничего не оставалось делать, как выполнить приказание, но в то же время в голове лихорадочно работала мысль. Если швырнуть в ноги Фабиана карабин, то роли могут перемениться.

Руи вытащил из-за пояса оба револьвера за дульную часть и с безразличным видом бросил их к ногам Фабиана Зуде. Рука прикоснулась к холодному гладкому ложу карабина. Только бы сейчас не промахнуться, а там граната, подаренная Железным Капитаном, сделает свое дело.

Может быть, так все бы и кончилось, если 6 не вмешалось третье лицо. Оказывается, все время оно наблюдало за действиями Зуде и Руи, притаившись в пятнадцати шагах от них за деревьями, и, наконец, заявило о своем присутствии.

Послышался характерный свист быстро летящего предмета, и тяжелый нож с рукоятью, наполненной ртутью, выбил пистолет из руки Фабиана. Возле мулов появился Фесталь.

– Не подобает товарищам заводить ссоры, да еще в таких местах, где люди исчезают таинственным образом. Чего доброго, вы еще подеретесь, – улыбнулся Фесталь. – Поднимите ваши пушки и быстро собирайтесь, нам нельзя здесь оставаться! Пока не вернулись эти черти, мы должны побывать на могилке. Иначе за каким дьяволом мы сюда приперлись. Живее, друзья!

Появление Фесталя охладило противников, а слова – "они могут вернуться" – подстегнули, как удар бича. Через несколько минут троица покинула лагерь, бросив большую часть снаряжения и провизии, увозя остальное на шести мулах.

Когда они спустились по склону кратера и подошли к краю болота, Фесталь, шедший впереди, поравнялся с Руи и вполголоса сказал:

– Мы, кажется, расквитались, дорогой Руи? Как я рад! Ужасно не люблю быть перед кем-нибудь в долгу.

Руи промолчал.

Тяжело груженые мулы задерживали движение. Расстояние, которое человек мог бы пройти за час, с мулами требовало три-четыре часа.

Ночь застигла путников возле небольшого водопада. Деревья росли почти горизонтально, свесив ветви до самой воды, образуя мосты и арки. Между листьями поблескивала чистейшая, как воздух, вода. Место для ночлега было удобным, и путники не замедлили им воспользоваться. На ужин вскипятили кофе, подогрели бобы на свином сале. Ставить палатку не было необходимости. Зуде занялся чисткой своего грозного пистолета. Открыв магазин, он высыпал на разостланный шейный платок целую груду крупных желтых патронов с тупыми пульками.

Фесталь от нечего делать следил, как в пламени костра сгорали привлеченные светом ночные бабочки. Никто из троих не вспоминал событий, происшедших в лагере. Всю дорогу они молчали, и сейчас Руи сгорал от нетерпения узнать подробности.

– Так что же, ребята, произошло? – не удержался он.

На это Фесталь ответил:

– Я отошел от лагеря поискать подходящий кусок дерева для черенка. Слышу, что-то трещит над головой. В сельве каждый звук может принести неприятности. Дай, думаю, спрячусь. Потом кто-то из негров закричал, да таким голосом, точно ему выпустили кишки. Эге, думаю, – дело не чисто. Немного подождал и пополз к тому камню, где ты, Руи, утром убил змею. Место удобное, лагерь хорошо видно. Посмотрел и глазам не поверил, все наши ребята валяются на земле, точно сонные бараны, а возле них десятка три здоровенных, не знаю уж как их назвать, парней. На индейцев они не похожи, на метисов тоже. Вроде бы дикари, но кожа светлая, как у нас с тобой. Таких я еще не встречал. Откуда, думаю, они появились? А тут прямо с неба еще трое свалились, будто на крыльях. Да не позволит мне соврать святой Иосиф!

Руи и Зуде с недоверием переглянулись.

– Здорово. Так-таки и на крыльях, а хвосты? Ты забыл про хвосты, какого они цвета и фасона? – с насмешкой спросил Руи.

– Не спеши, дорогой мой, я еще не окончил. На чем это я остановился? Видишь, забыл. Нехорошо перебивать старших. Так вот, лежат наши ребята, сонные, связанные по рукам и ногам, а дикари лопочут между собой. Потом один из них, видимо, вождь, что-то крикнул. Другой начал колоть наших ребят в плечо длинным пером, вроде как бы делал прививку оспы. Потом вождь махнул рукой...

Руи плохо разобрал, о чем сбивчиво и путанно говорил Фесталь. Но одно для него было совершенно ясным: в этих лесах обитают неизвестные люди, похожие не то на индейцев, не то на белых. Они охотятся только за людьми и совершенно не дорожат вещами. Каким-то образом, если только Фесталь не врет, они умеют передвигаться по деревьям или по воздуху и, следовательно, втройне опасны, так как могут появляться в самых неожиданных местах. И еще: неизвестные непостижимым образом усыпляют противника на расстоянии.

Смутная догадка скользнула в памяти Руи. Он вдруг вспомнил происшествие на тропе, когда лежал вместе с товарищами, подстерегая Мартино. Тогда они внезапно все трое заснули мертвым сном и потом никак не могли подыскать объяснение этому странному случаю.

– Значит, дикари лазают по деревьям? – переспросил Зуде, набивая патроны в магазин.

– Обезьяна не угонится.

– Ничего не понимаю, – удивился Руи. Он все еще не верил Фесталю.

Фабиан Зуде, видимо, тоже пришел к выводу, что все это чертовски удивительно, если не самая бессовестная болтовня, какую только ему доводилось услышать. Свесив на грудь большую плешивую голову, он задумался.

– Не знаю, что и сказать, – проговорил он минуту спустя. – Главное, не трусьте, ребята. Пусть эти летающие черти только появятся, мы им покажем! С нами господь, мы близко у цели и идем по курсу. Поменьше спать и побольше смотреть по сторонам! Сам господь указывает нам путь.

– Мне пока не видно, что указывает господь, – проворчал Руи, – но совесть подсказывает, что негоже оставлять товарищей в беде.

– Ах, дорогой Руи, – умильно проговорил Фесталь, – тебе нужно было родиться пастором и служить в храме, а не шляться по лесам. Не иначе, как кто-то из твоих предков был миссионером. Ангельская душа!


Ночь прошла спокойно. За завтраком компания обсудила план дальнейших действий. Руи еще раз пытался уговорить товарищей отправиться на поиски пленников, но кажущаяся близость цели окончательно затуманила им головы, они отказались. Фесталь и Зуде настаивали в первую очередь во что бы то ни стало отыскать проклятую могилу, но так, чтобы избежать встречи с летающими дикарями. Руи пришлось согласиться. Все сошлись на том, что прежде чем двигаться вперед с мулами и багажом, следует провести разведку. Для этого двое отправятся искать могилу, а один останется охранять мулов и имущество.

Сторожить мулов Фабиан Зуде назначил было Руи, но тот решительно отказался: он не пастух и не сторож. Фесталь тоже не собирался, как он выразился, оставаться в дураках, пока другие будут набивать мешки золотом. Решили метнуть жребий. Руи обломал три одинаковых колючки и одну из них надрезал ножом. Зажав колючки в кулаке так, что были видны одни острия, он предложил тянуть жребий.

Через четверть часа Зуде и Фесталь покинули стоянку. Руи проводил товарищей, немного повздыхал на свою невезучесть, а потом, тряхнув головой, успокоился мыслью: что ни делается – все к лучшему в этом лучшем из миров.

Лагерь был разбит в удобном месте, закрытом со всех сторон. Густые древовидные папоротники и хвощи прикрывали его со стороны ручья, оставляя лишь узкую тропинку.

Руи долго, с наслаждением пил холодную воду, а потом искупался в ручье и почувствовал себя необычайно бодрым. Черт с ним, что ему достался жребий сторожить мулов. Даже если разведчики найдут могилу индейца, они все равно должны будут вернуться за мулами и провизией.

Подумав о мулах, Руи решил их накормить, но тотчас же с его уст сорвалось проклятье. В спешке они забыли захватить мешки с маисом. Только в одном из них на самом донышке оказалось несколько горстей корма для животных! Мул неприхотлив. Охапка свежих листьев и скромная порция маиса вполне достаточны для его дневного рациона. Но это только в том случае, если имеется и то и другое. Поблизости находилась лужайка, покрытая густой сочной травой. Опутав передние ноги мулов ремнями, Руи пустил их пастись. Больше никаких забот не предвиделось, и он беспечно растянулся в гамаке.

В этот день Руи не дождался своих товарищей. Он установил палатку и развел большой костер, для поддержания сил нехотя пожевал шоколад, запив ключевой водой. Мулы, чем-то обеспокоенные, жались ближе к огню, стригли ушами, нюхали воздух. По-видимому, где-то неподалеку бродил ягуар.

Руи лежал на спине, подложив руки под голову, и смотрел в темную высь. Чтобы побороть усталость, он вставал, прохаживался, прислушиваясь к звукам, доносившимся из темных глубин леса, так и не сомкнув глаз всю ночь. Фесталь и Зуде не вернулись и утром. Может, с ними что-то случилось? Это особенно беспокоило Руи. Перспектива оказаться совершенно одному в этих местах его мало устраивала. А может, они заблудились и не знают, где стоянка? Руи поднял было карабин, но сейчас же подумал, что выстрелом он оповестит о своем местонахождении не только друзей. Нет, стрелять нельзя, но и сидеть сложа руки негоже. Нужно как-то действовать.

Подхватив под мышку карабин, Руи отправился в разведку. Пройдя четверть мили, он оказался на опушке леса. Перед ним открылось залитое солнечными лучами лесистое плоскогорье. Воздух был чист, прозрачен, как после грозы. Руи не имел ни малейшего представления, где он находится. Где брошенный бивак с опустевшей палаткой Железного Капитана? Где Долина Вечного Тумана, едва не отнявшая жизнь у разведчиков? Где странный, неприступный замок на склоне кратера? В какую сторону ушли Зуде и Фесталь? Все казалось незнакомым и враждебным. И какого черта он ввязался в это злосчастное дело? Вот когда Руи пожалел, что не ушел с Железным Капитаном.

Побродив около часа, Руи повернул к стоянке. Там хоть есть живые существа – мулы. Руи вспомнил поговорку техасских контрабандистов. Если ты одинок и твоя душа томится по другу, не ищи его в бесплодных усилиях: побереги коня и свои силы. Остановись, разведи костер и приготовь пищу на двоих. Друг всегда откликнется на зов и придет, чтобы развеять твою грусть.

Вернувшись на стоянку, Руи поспешно принялся за дело. Разогрел две банки консервированной индейки, сварил крепкого кофе, достал пачку жевательного табаку. Все было готово к приему неизвестного друга.

Прошел час. Кофе и индейка остыли, а Руи по-прежнему оставался в одиночестве. Ему ничего не оставалось, как тяжело вздохнуть и приняться за завтрак. И только он собрался было поднести кусок индейки ко рту, как позади послышался слабый шорох. Мулы подняли головы, повернули морды в сторону Руи, но смотрели они поверх него на что-то или кого-то, находившегося за его спиной. Руи резко повернулся и застыл с куском мяса во рту.

В десяти-двенадцати шагах от него стоял индеец и спокойно его разглядывал. В руке он держал короткое копье с ромбовидным наконечником. Бедра были обернуты куском ткани, грудь украшало ожерелье из когтей птиц и клыков хищников. Весь вид индейца говорил о мире и дружелюбии. Чуть скуластое темно-красное лицо с раскосым разрезом глаз выражало благодушие и любопытство. Это видение длилось несколько секунд.

– Так-то ты встречаешь гостей! – внезапно раздался голос Фесталя. – Мы едва не отправились в тартар, а он и ухом не ведет, спит и думает, что крузейро здесь растут прямо на деревьях. О, да ты, я вижу, молодчина, не забыл о нас! Смотри-ка, Фаб, он приготовил нам роскошный завтрак. Это как раз то, что нужно: мы чертовски проголодались.

Своим неожиданным появлением Фабиан Зуде и Фесталь прервали странное видение Руи. Вид у искателей клада был плачевный – одежда изорвана в клочья, руки замотаны тряпками. У Фабиана под глазом багровел синяк. Возбужденные, веселые, они оба уплетали ароматное мясо, запивая его большими глотками остывшего кофе.

Руи посмотрел туда, где только что видел призрак индейца, но там никого не было. Неужели ему померещилось? Да нет, это не видение, Руи успел запомнить даже черты лица индейца.

– Где это вы были, ребята? Похоже, что на вас напала стая диких кошек.

– Где мы были? – переспросил Фесталь. – Это длинная история. Одно можно сказать: в самом логове сатаны, да простит мне святой Николас это прегрешение. Собирайся-ка, дорогой Руи, мы отправляемся в Манаус...

Если бы между деревьев опять появилось видение, то и тогда Руи был бы меньше поражен.

– В Манаус?

– Ну, конечно, в Манаус. Но перед этим спустимся к реке, вон за этим перевалом. Там есть одно восхитительное местечко. Посмотри-ка на эту штуку. Как она тебе, нравится?

На ладони Фесталя лежал толстый золотой браслет в виде изогнутого крокодила.

– Не буду тебя томить, дорогой Руи. Мы нашли индейскую могилу и сегодня же займемся ею поосновательнее. Собирайся!

Это открытие почему-то не воодушевило Руи. Совсем еще недавно, когда Агурто звал его покинуть джунгли и отдаться на милость властей, Руи отказался: тогда звон воображаемого золота манил сильнее кандального звона. Еще бы! Богатство открывало путь к свободной и праздной жизни. А вот сейчас, услышав от своих дружков, что клад найден, он почему-то не испытывал радости. Видимо, джунгли победили и Руи, сломили его волю; им овладела апатия. Но стоило ему еще раз взглянуть на золотого крокодила, матово поблескивавшего на заскорузлой ладони Фесталя, как алчность с новой силой вспыхнула в его душе.

"Золото! Завтра я буду богат, как Крез, а там – сам черт не брат!.." – подумал Руи.

Бедняга и не подозревал, какую западню готовила ему судьба...