Тайна алмаза. Глава 12

Голосов пока нет

 

Глава 12
Цель жизни

Известие о том, что Софья Щетинина уехала за границу, очень удивило Юнга.

– Почему вы думаете, что она уехала за границу? – спросил он у Ольги.

– Профессор сказал, что получил от нее письмо.

– Черт возьми! И-из-вините, Оля, а может, она кого-нибудь полюбила и... знаете, такие вещи бывают.

Ольга с негодованием взглянула на Юнга.

– Полюбила... Я бы об этом непременно знала. Софья никого не любила, кроме своего отца и... меня.

Они молчали несколько томительных минут. За это время в голове Юнга промелькнуло воспоминание о недавнем разговоре с Софьей.

...Однажды Ольга куда-то вышла, и они остались вдвоем. Софья читала ему вслух "Накануне". Она закончила последние строчки и бережно положила книгу себе на колени.

Некоторое время они не разговаривали, каждый думал о судьбе героев только что прочитанной повести.

– Да, Инсаров был настоящий человек... – задумчиво проговорил Юнг.

Софья вздохнула.

– Дмитрий, у каждого человека есть в жизни цель: у одних – разбогатеть, у других – найти что-нибудь, сделать открытие. Скажите, какая у вас цель?

– У меня есть одна думка, – Юнг слегка замялся.

Софья терпеливо ждала его ответа.

– Я хочу, Соня, чтобы всем людям на земле жилось хорошо, чтобы не было бедных и несчастных. И не только у нас в России, а на всей земле. А самое главное, чтобы не было этих проклятых войн. Сколько они народу губят, сколько сирот по миру ходит... Дожить бы до того времени, когда все, какие ни на есть пушки переломают к чертям и понаделают из них автомобилей, плугов да ткацкие станки. Вот до этой жизни я и хочу дожить, Соня, это моя цель.

На губах Софьи появилась снисходительная улыбка.

– Я не знала, что вы такой мечтатель. Ваша цель очень сложна и называется утопией. Войны были всегда, и они будут. Всегда были богатые и бедные, и этого не изменишь. Существует неумолимый закон природы: все слабое и немощное должно гибнуть, выживают только сильные. Животные борются за свою жизнь, растения – за клочок земли, за солнечный свет. У людей тоже происходит такая борьба, это войны. Вы подумайте, что произойдет, если они исчезнут. Людей будет рождаться все больше, а умирать меньше. Людей на земле появится столько, что они заселят все материки и пустующие ныне земли. И тогда снова неизбежно вспыхнет борьба за жизнь, потому что земля уже будет не в состоянии прокормить столько людей.

– Я, Соня, не совсем еще разбираюсь во всех этих тонкостях, но чувствую, что тут что-то не так. Почему бы человеку не искать путей облегчения своей жизни, а не уничтожать друг друга. Можно строить машины, которые осушат океаны, сровняют горы с землей и превратят их в цветущие луга или огороды. Чем плохо, если людей будет рождаться больше? Ведь это значит, что будет больше рабочих рук, а наша планета еще слишком пуста, людей на ней может уместиться черт знает сколько. Вы думаете, не хватит хлеба, но ведь и сеять его тогда будут раз в тыщу больше. Ну, а если через сотни лет людей действительно станет слишком много, то неужто ничего не придумаем, так-таки и передеремся? Места-то кругом сколько, и планеты эти, и звезды всякие. Живи! Радуйся, рабочий люд!

Лицо Юнга разгорелось, он сам воодушевился своими словами. Софья слушала его со все возрастающим изумлением.

– О-о-о, – прошептала она, – какая у вас прекрасная мечта!

...И вот сейчас эта девушка струсила, убежала. Как же это могло произойти? А что если... Юнгу вдруг пришла в голову такая мысль, что он чуть не подскочил. Ольга по-прежнему сидела в кресле, уронив голову на руки. Юнг овладел собой и спокойно заговорил:

– Мне почему-то не верится, что Соня могла на этакое некрасивое дело пойти, бросить отца, дом... А что если она не по своей воле уехала? Обстоятельства...

– Обстоятельства? Но какие? Нет, у Сони не могло быть таких обстоятельств.

– Не спешите, Оля. Вы говорили, отец Сони крупный ученый, и недавно ему предлагали уехать за границу. Соня жаловалась, что отца не оставляют в покое и очень часто беспокоят своими предложениями, а в последний раз даже грозили... Предположим, эти люди увозят за границу его дочь с тем, чтобы использовать ее как приманку для профессора... Что вы на это скажете?!

Ольга встала и подошла к Юнгу. То, что он сказал, напугало ее.

– Приманку?.. – переспросила девушка. – Это страшно, но... правдоподобно. Как сама не подумала я. Старик сойдет с ума. Он без нее жить не может. Соня потеряла мать, когда ей было три года, и с тех пор Александр Неронович всю свою любовь отдал дочери. – Ольга сосредоточенно, насупила брови. – Я завтра же зайду к профессору. Это мог сделать только один человек – Саржинский. Но письмо ведь она написала, – спохватилась Оля.

– Есть много средств заставить беззащитную девушку написать письмо. Я уверен, что Соня написала это письмо далеко не по собственному желанию, – убежденно проговорил Юнг.

– Предположим, – согласилась Оля и присела на край постели. – Что же теперь делать?

– Во-первых, Оля, разрешите сейчас, когда вы знаете, кто я, связаться с кем-нибудь из своих. Я хочу просить вас, чтобы вы помогли мне. От этого, возможно, будет зависеть и судьба Сони.

– Вы думаете, что найдутся люди, которые могут сейчас заинтересоваться судьбой какой-то девушки? – неуверенно проговорила Ольга.

– Безусловно, найдутся.

– Я верю вам. Но что я должна сделать?

– Я скажу вам несколько слов, вы их хорошенько запомните: пойдете по адресу, который я вам укажу, если там не окажется того, кто нужен, вы пойдете по другому адресу и будете искать до тех пор; пока не найдете.

– Это опасно?

– Не очень, но опасно. Ведь вы будете называть имена, кое-кому они крепко нужны!

– Если я сделаю все, что вы мне поручите, вы надеетесь, что ваши большевики вмешаются в эту историю. Ведь она... буржуйка... – усмехнулась Ольга.

– Может быть, судьба какой-то девушки и не требует к себе такого внимания, но здесь дело касается крупного ученого, а это уже серьезно.

– А если все наши предположения ошибочны и Соня все-таки уехала по своему желанию?

– Я твердо убежден, что это не так.

– Скажите, а то поручение, которое я исполню, имеет только отношение к Соне или... еще какое-либо, ну, например, политическое.

– Хорошо, я обещал вам быть откровенным: да, имеет и политическое.

– А что я должна передать этому человеку, которого нужно найти?

– Вы передадите ему, что Юнг жив и находится у вас. Тогда этот человек или кто другой придет сюда и заберет меня.

– Вам здесь не нравится?

– Я вам бесконечно обязан, Олечка, и сделаю все, чтобы отблагодарить вас. Но рано или поздно я все-таки должен уйти. Я уже чувствую себя хорошо и через некоторое время встану на ноги.

– А если я не пойду исполнять ваше поручение?

Юнг усмехнулся:

– Постараюсь обойтись без вас.

Ольга покачала головой.

– Вы думаете, я трушу. Нет, я очень хочу помочь Соне и не скрою, что не хочу выполнять ваших политических поручений, так как не вполне разделяю их. Я нахожусь в очень затруднительном положении, и будет лучше, если мы отложим этот разговор до утра. Мне нужно подумать. Я уйду, мама принесет вам ужин. Завтра я пойду к профессору. Ему так тяжело. Спокойной ночи.

Юнг остался один.

"Неужели я не найду способа связаться с Широких или Кувалдиным? А вдруг с Широких что-нибудь случилось?" – при этой мысли он весь похолодел.