Тайна алмаза. Глава 25

Голосов пока нет

 

Глава 25
На чужой земле

– Ну вот, теперь мы совершенно спокойно можем обсудить наше положение, – громко заговорил Кувалдин, когда они миновали последние строения и очутились на пустынной дороге, ведущей в горы...

Отсюда, как на ладони, был виден весь небольшой норвежский порт.

Вокруг громоздились высокие бесплодные массивы гор. Они круто обрывались к берегу.

– Ничего себе местечко выбрал этот прохвост, – осматривая местность, проговорил Юнг.

Они прошли еще несколько шагов.

– Нам, конечно, очень повезло, – сказал Кувалдин, когда они убедились, что вокруг никого нет, и уселись на обломок скалы. – Повезло в том, что капитан Берг – честный моряк и искренне желает нам помочь.

– Но от этого мы мало выигрываем, нам нужно пробраться в самое логово зверя. Это очень нелегко, так как агент сказал, что вся резиденция Маккинга усиленно охраняется и мы попадем к нему в лапы прежде, чем приблизимся на две мили.

– Знаешь, Семен, это говорит о том, что господин Маккинг строит или уже построил машину высокого давления. А иначе к чему такие предосторожности.

– Похоже на это, – согласился Юнг.

Кувалдин развернул небольшую карту и расправил ее на коленях.

– По рассказу агента, логово Маккинга находится где-то здесь, – Кувалдин карандашом поставил точку на карте.

– Посмотри, с двух сторон неприступные горы. С третьей – море, а с четвертой ведет туда единственная дорога, но она несомненно усиленно охраняется. Остается два варианта: или пробраться со стороны вот этих скал, либо попытаться подстеречь Маккинга в порту, где, по словам агента, он часто бывает, и схватить его там. Но в этом случае мы делаем только половину дела.

Наша главная задача – спасти Кручинина, вырвать его из лап Маккинга. А находится он, несомненно, в самом логове. В нашем распоряжении, начиная с этой минуты, сутки. Если за это время мы ничего не сделаем, то план наш усложнится втрое, так как через двадцать четыре часа "Треглит" уйдет в море, и мы будем лишены возможности воспользоваться услугами капитана Берга.

Следовательно, нам нельзя терять ни минуты. Несомненно, что Маккинг уже ищет своего пропавшего агента, а я не уверен, что нас никто не видел с других кораблей, может быть, сейчас нас уже ищут, и нам нужно быть настороже.

– Конечно, самое верное – это пробраться сюда, – и Юнг ногтем отчеркнул место, где Кувалдин поставил на карте точку.

Так, не спеша, Юнг и Кувалдин обсуждали план своих дальнейших действий.

Неожиданно со стороны невысокого каменного гребня ударили два выстрела.

Кувалдин упал за обломок скалы. Юнг в момент выстрела сделал небольшое движение вперед, пуля сбила с него шляпу и впилась в двух шагах от него в каменную стену, посыпалась мелкая пыль.

Он тоже упал, и, быстро работая локтями, добрался до небольшого укрытия.

Вся беда была в том, что Юнг и Кувалдин не знали, откуда прозвучали выстрелы и откуда следовало ожидать следующих.

Так, лежа один от другого в пяти-шести шагах, они начали негромко совещаться.

– Откуда стреляли? – спросил Юнг.

– Не заметил. Лежи и не двигайся.

Кувалдин осторожно выставил из-за укрытия кончик шляпы, снова прозвучали два выстрела, и две пули пропели над их головами.

– Стрелки неважные, – обернувшись, заметил Юнг. – Иначе нам бы несдобровать. – Он уже успел заметить, что стреляли из-за укрытия, метрах в семидесяти от них, и сообщил об этом Кувалдину.

Положение было отчаянным. Лежа за обломками скалы, Юнг и Кувалдин были лишены возможности двигаться. Нападающие были, по-видимому, плохими стрелками, но имели хорошее оружие, хорошее укрытие, и только слабый дымок после второго выстрела выдал их.

Рис. Н.М.Ткачева

Юнг, осторожно выставив вперед свой тяжелый маузер, целился в невидимого врага. Заметив это, Кувалдин остановил его.

– Стрелять нельзя! Мы не в Петрограде. Могут быть крупные неприятности.

Юнг нехотя убрал оружие.

Кувалдин внимательно осмотрелся. Позади находилась каменистая стена, за которой можно было надежно укрыться. Но добраться до нее – значило наверняка подставить себя под пули. Внезапно его осенила мысль. Он негромко окликнул Юнга:

– Слушай меня! Стрелять не смей ни в коем случае.

Кувалдин вскочил на ноги, почти сейчас же около уха свистнула пуля, он бросился к каменной стене. Около стены он заметил каменный выступ, поднимающийся вровень со стеной. Через секунду он был в безопасности. Кувалдин начал осторожно подниматься кверху. Он сразу вспотел так, что пришлось сбросить плащ и оставить его. План был очень простой.

Враги укрылись за небольшим каменным гребнем в нескольких десятках метров от них. В этом месте была вершина и, добравшись до нее, можно было обнаружить хорошо укрытых врагов.

Кувалдин не ошибся.

Едва он выглянул из-за камня, как сразу же увидел нападающих. Их было двое. В руках у них были дальнобойные карабины.

Шагах в тридцати от них, в лощине, стояли две лошади со спущенными поводьями. Стараясь не привлечь внимания противника, Кувалдин нацелился в карабин одного из нападающих и спустил курок.

Оставшись без оружия, враг вскочил на ноги и бросился бежать к лошадям. Второй последовал за ним.

Кувалдин и Юнг дошли до того места, где стояли лошади врагов.

Лощина, по которой удрали всадники, выходила на небольшую дорогу, и Кувалдин счел неблагоразумным сейчас появляться на ней.

– Как видишь, Семен, – заговорил Кувалдин, останавливаясь, – первый укус уже сделан. Мы обнаружены. Сейчас они, конечно, поднимут тревогу и на нас устроят облаву. По всей видимости, нас будут искать в районе дороги.

– Следовательно, нам нужно уйти отсюда, – добавил Юнг. – Лучше всего, конечно, туда, где нас меньше всего ожидают, – и Юнг посмотрел на высокую гряду гор. – Нам нужно идти туда, и, может быть, сверху нам удастся кое-что увидеть. Нам нельзя задерживаться ни минуты. Мы уже обнаружены, и, возможно, сейчас из логова Маккинга выступили люди, чтобы расправиться с нами.

Немедля они тронулись в путь. В несколько минут они пересекли низину и скрылись в зарослях ольхи. Идти было тяжело: ноги вязли в густой грязи.

Наконец Кувалдин и Юнг прошли топкое место и вышли в узкое ущелье. В сотне метров от него начинался очень крутой подъем, и они, не задумываясь, полезли кверху. При каждом шаге ноги съезжали вниз вместе с ползущим грунтом. Через час даже Юнг выбился из сил.

Прошел еще час. Они уже поднялись довольно высоко, осыпь кончилась, и идти стало легче, но оба заметно ослабели. Особенно сказывалась усталость на Кувалдине. Он начал хромать и тяжело дышал. Огромные глыбы скал громоздились вокруг них. В одном месте Юнг заметил темное отверстие. Это было небольшое естественное укрытие. Здесь путники решили сделать привал.

Юнг достал из необъятных карманов плаща банку китового мяса и две увесистые плитки шоколада. Кувалдин в изнеможении растянулся у входа в пещеру.

– Вот что, Семен, – заговорил он, когда они немного подкрепились. – Здесь место удобное. Тебе необходимо подняться до вершины и определить, где мы находимся. Запомни хорошенько местность и возвращайся сюда. Здесь мы обсудим наш дальнейший план. Я отдохну и тоже пойду в разведку. Встретимся здесь, в крайнем случае – на "Треглите".

– Ясно, Степан Гаврилович.

Юнг снял плащ, вытащил из карманов все лишнее.

Он взял кусок шоколада, часы, кинжал и сунул их в карман. Подумав, он заткнул за пояс маузер, – мало ли что может случиться.

– Запомни, Семен: стрелять только в случае смертельной опасности. Ты идешь в разведку.


Кувалдин остался один. Он вышел из пещеры и проследил, как Юнг, быстро и ловко преодолевая препятствия, поднимался к вершине. До нее оставалось около пятисот метров. Хотя был седьмой час вечера, было достаточно светло. Кувалдин надеялся, что Юнг вернется до наступления полной темноты.

"Прошло всего три часа, как мы покинули "Треглит", а сколько событий произошло за этот короткий срок", – подумал Кувалдин, возвращаясь в пещеру. Вдруг странный звук достиг его слуха. Как будто недалеко дважды ударили по чему-то металлическому. Он выглянул из пещеры. В трех шагах от выхода был крутой обрыв, и ему пришлось подползти к самому краю, чтобы заглянуть вниз.

Там, в нескольких сотнях метров от него, то исчезая за обломками скал, то появляясь на открытом месте, шли собаки.

Они шли гуськом, как солдаты, уткнув носы в землю, следом за ними с ружьями наперевес двигались два человека. Кувалдин насчитал пять собак. Когда они приблизились настолько, что он мог их хорошо различать, он узнал в них огромных канадских бульдогов.

"Значит, мы обнаружены, – подумал он, осматривая свое оружие. – Неужели не избежать кровопролития?"

Кувалдин посмотрел вверх, точно желая увидеть Юнга, но тот уже исчез. Кувалдин перевел взгляд и вдруг заметил на склоне горы человека, притаившегося за гребнем скалы. Он также смотрел вниз на приближающихся собак.


...Юнг добрался до вершины и тяжело перевел дыхание. Скоро должны были наступить сумерки, и он спешил. Но каково же было его разочарование, когда перед ним выросла новая вершина с крутыми неприступными склонами.

Чтобы добраться до ее подножия, нужно было преодолеть глубокое ущелье, и Юнг растерянно осмотрелся. Он попробовал взглянуть вниз, чтобы определить глубину пропасти, и отшатнулся.

Далеко внизу слабо шумел горный поток. Не теряя времени, Юнг двинулся вдоль ущелья. Пройдя сотню шагов, он заметил, что ущелье сужается, и ускорил шаги. Слабые звуки, раздавшиеся в воздухе, привлекли его внимание. Казалось, кто-то рассыпал горох на стеклянную тарелку, и он, шурша, раскатывался по ней. Юнг прислушался, звук повторился еще и еще. "Что бы это значило?" – подумал он озабоченно и, постояв, двинулся дальше. "Похоже, что где-то стреляют. Не Кувалдин ли? Вероятно, показалось", – подумал Юнг.

Наконец он достиг места, где ширина пропасти была всего несколько метров. Дальше она снова расширялась. Юнг остановился и смерил глазами расстояние.

"Пропасть можно преодолеть только здесь", – решил он. Идти дальше не имело смысла. Он и так уже далеко отошел от намеченного места и потерял много драгоценного времени.

Осмотревшись еще раз, он заметил, что над ним нависла небольшая скала. Если взобраться на нее и прыгнуть сверху, то еще больше увеличится возможность попасть на ту сторону.

Не задумываясь, Юнг поднялся на нее и, разбежавшись, на узком тесном пространстве, что было силы прыгнул. Удар был сильным, и он с минуту сидел оглушенный, так как пришлось пролететь в воздухе несколько метров. Но препятствие было преодолено, пропасть осталась позади, и он вскочил на ноги. Внезапно его кольнула мысль. А назад? Как он вернется назад? С этой стороны не было нависшей скалы и площадка, на которой он стоял, была ниже противоположной.

Назад он ни за что не сможет вернуться тем же путем. Придется искать другой способ перебраться через ущелье и искать в темноте, так как до вершины горы еще около часа пути и скоро начнет темнеть.

Он почти бегом двинулся вперед.


Еще одно усилие – и Юнг очутился на небольшой ровной площадке. Изнурительный однообразный подъем остался позади, позади осталась и пропасть с шумевшим внизу водопадом.

Но то, что он увидел, заставило его поспешно присесть, а потом и вовсе лечь на землю. Перед ним был спуск, каменистый, поросший редкими чахлыми растениями. Дальше шла ровная низина, точно зажатая между высокими вершинами, и на ней возвышалась серая гладкая стена. Она шла широким кольцом, опоясывая несколько десятков метров пространства, и смыкалась где-то вдали. Начинало темнеть, и Юнг с трудом различил, что неподалеку от стены скалы образуют выступ, с которого бешено низвергается водопад. Шум падающей воды достиг его слуха.

Но сколько он ни напрягал зрение, сколько ни старался что-либо рассмотреть в наступающей темноте, – ни одного строения, ничего, что хотя сколько-нибудь напоминало искусственное сооружение, внутри кольцевой стены не было. Там была такая же ровная, безлюдная, дикая местность.

Наступила полная темнота. А Юнг все еще безуспешно старался там что-либо рассмотреть. "Что за чепуха? Какому идиоту взбрело в голову на такой высоте возводить это нелепое сооружение? Ну, хорошо, – думал Юнг, – если бы там стояли дома, какой-нибудь замок, то тогда стена была вполне естественна, но ведь там ничего нет – ровная, гладкая местность, даже удивительно ровная, и больше ничего решительно..." Это Юнг хорошо рассмотрел. Он потер виски: "Уж не галлюцинация ли это?" Он слышал, что в горах такие вещи бывают. Нет, стена все-таки существовала.

Сильный норд-ост к вечеру окончательно разогнал тучи, и на небе проступили яркие звезды. Луны не было. Дул свежий ветерок, он быстро охладил разгоряченное тело Юнга. Вскоре он даже стал зябнуть и пожалел, что оставил в пещере плащ. Но ведь он надеялся на быстрое возвращение. Разве он мог предполагать, что придется преодолевать это проклятое ущелье. Юнг задумался.

Если сейчас возвращаться назад, то доберется он только к утру, а двигаться в горах ночью очень опасно. А каким образом он преодолеет это ущелье, да еще в темноте, – он не представлял.

Если остаться здесь до утра, то Кувалдин хотя и будет беспокоиться, но все-таки согласится, что в положении Юнга это было бы самым разумным. А за это время можно обследовать загадочную стену и даже попытаться проникнуть за нее. Что-то там все-таки есть. Не это ли и есть берлога Маккинга?

Юнг решил остаться до утра. Он отдохнул около часа, тщательно обдумывая свой план. Двигаться по ровной открытой местности даже в темноте он не решался. Чутье подсказывало ему, что эта темнота, эта пустынная местность может таить в себе неожиданные опасности. Еще до наступления темноты он заметил, что в той стороне, где шумит водопад, стелются по земле какие-то низкие растения, они могли служить прикрытием. Юнг осторожно двигался вперед, но через несколько шагов столкнулся снова с препятствием – перед ним, точно нож, возвышалась острая вершина горы. Пришлось ее обходить, и он далеко отклонился в сторону от намеченного пути. Решая сократить расстояние, он пошел напрямик. Плотно прижавшись к шершавому камню, Юнг осторожно ощупывал ногами опору. Вытянутые руки ухватились за край выступа, и в ту же минуту он услышал шум над головой. Огромная зловещая тень горного орла появилась над ним. Юнг инстинктивно поднял руку, и в ту же минуту страшный удар в плечо едва не сбросил его с десятиметровой высоты. Напрягая все силы, он подтянулся на руках и очутился среди целой кучи какого-то хлама и веток. Орел приблизился, и Юнг, упершись в стену спиной, ногами отбил нападение.

Под ним что-то шевелилось и пищало, но в это время птица снова ринулась на него, и Юнг руками и ногами снова отбил нападение. Он успел выхватить кинжал. Только сейчас он догадался, что попал в гнездо пернатого хищника. Орел, отлетев в сторону, снова ринулся на Юнга. На этот раз он пустил в ход не только острые крючковатые когти и клюв, но и тяжелые полутораметровые крылья.

Рис. Н.М.Ткачева

На узком, тесном пространстве завязалась смертельная борьба. Юнг снова едва не был сброшен ударом жесткого крыла и едва увернулся от следующего, почти распластавшись на выступе.

Дважды он чувствовал, как его кинжал, прорвав упругую преграду перьев, погружался в тело хищника, и только при третьем ударе орел камнем ринулся вниз. Юнг услышал, как он упал на острые камни и затих. Битва кончилась. Юнг тяжело дышал от усталости. Он сидел в большом гнезде, свитом из толстых сучьев и веток. На противоположном конце гнезда, растопырив крылья, угрожающе шипели два орленка. Он нагнулся к ним, чтоб получше рассмотреть, один из них едва не выклюнул ему глаз.

– Ах ты, паршивец, – пробормотал Юнг, отстраняясь от острого клюва. Но ему все-таки их было жаль. – Как же вы теперь без родительницы... Ведь я не хотел вам зла, – точно оправдываясь, проговорил Юнг, обращаясь к птенцам. – Очень уж мамаша у вас лютая. – Юнг еще раз посмотрел на орлят и полез кверху. Вскоре он добрался до вершины.

Сейчас он намного приблизился к водопаду. Однообразно звенящий шум стоял в воздухе. Даже в темноте было видно, как огромные потоки воды с большой высоты низвергаются в пропасть. Стена в этом месте подходила очень близко, и Юнг ползком подобрался к ней вплотную. Глаза его хорошо освоились с темнотой, и, помогая себе руками, он исследовал стену. Она была вся сложена из гранитной породы и достигала высоты трехэтажного дома.

"Н-да, – подумал Юнг, – без приспособления мне здесь ни за что не перебраться". Он отошел от нее на несколько шагов и двинулся дальше. Несколько раз ему казалось, что сквозь однообразный шум падающей воды до него доносятся какие-то иные звуки, но когда он начинал прислушиваться, они прекращались. Они возникали внезапно и также внезапно обрывались. Юнг остановился: новый звук привлек его внимание – бульканье, точно вдали надувались и лопались пузыри. Звук повторился, и Юнг вздрогнул. На этот раз он отчетливо услышал в отдалении отрывистый лай собаки. Он быстро двинулся вперед, по временам останавливаясь и прислушиваясь. Юнг вытащил из-за пояса маузер и осмотрел его. Еще в пещере он набил магазин патронами и сейчас готов был к любым неожиданностям. Дорого заплатит тот, кто встанет на его пути или попытается его задержать. Юнг снова двинулся вперед, лай собаки звучал за его спиной. Юнг прошел несколько шагов и остановился – дальше дороги не было. Невдалеке от него грохотал водопад, водная пыль пропитала весь воздух, и Юнг почувствовал влагу на лице и руках. У его ног мчался пенящийся поток.

Стена по-прежнему проходила рядом, и Юнг только сейчас заметил, что шумящий поток воды скрывается под нею. Вода мерцала синеватым блеском. Из-за далекой вершины горы взошла луна и залила все вокруг ровным сиянием.

В этом свете поток падающей воды вдруг принял серебристую, пронизанную множеством разноцветных полос окраску. Юнг, совершенно изумленный невиданной игрой света, молча созерцал ее.

Что заставило его оглянуться назад, он потом никак не мог вспомнить. Юнг оглянулся вовремя. В нескольких шагах от себя он увидел какое-то животное, оно мчалось на него. Юнг мгновенно вскинул оружие, не целясь, выстрелил. Сильный удар в грудь отбросил его в сторону, но в следующую секунду Юнг был уже на ногах, прямо перед собой он увидел огромную оскаленную пасть и снова, не целясь, выстрелил. Пуля попала в пасть, рычащее чудовище после выстрела точно захлебнулось. Юнг отскочил в сторону и снова выстрелил. На этот раз пуля достигла цели. Зверь бился на земле в нескольких шагах от Юнга, который с содроганием смотрел на него. Наконец все стихло, животное вытянулось и замерло. Юнг подошел ближе и рассмотрел его. Это был огромный бульдог с короткими, почти вывернутыми ногами, с обрубленным куцым хвостом. Широко открытая пасть была полуоткрыта, и из нее текла кровь. Когда-то давно Юнг видел подобных собаки и знал, что от мертвой хватки бульдога нет спасения. Невдалеке послышался лай.

Сердце Юнга сжалось.

Еще один. Но он ошибся. На этот раз выскочило сразу два бульдога, они устремились к нему.

Юнг выстрелил.

Одно из животных несколько секунд вертелось на месте, потом вскочило и бросилось на Юнга. Он снова выстрелил и ударом маузера отбил прыжок второй собаки. Свободной рукой Юнг выхватил из ножен кинжал и почти упал, увернувшись от нападения раненого бульдога. Он почувствовал, как что-то хрустнуло, когда широкое лезвие кинжала вошло собаке в шею. Сильный толчок в бок опрокинул его, и в ту же минуту рвущая, ни с чем не сравнимая боль на миг отняла у Юнга сознание. Пока он отбивался от раненой собаки, второй бульдог повис у него на бедре, плотно сомкнув челюсти.

Когда возможность соображать вернулась к Юнгу, он увидел у своих ног бьющееся в смертельной агонии животное.

Вторая собака висела на нем и сковывала его движения. Почти теряя от боли рассудок, он бил ее кинжалом, рукояткой маузера, он нанес ей несколько глубоких ран в шею и грудь, но бульдог точно прирос.

Собрав все силы, он поднялся на ноги и несколько раз выстрелил в голову. Бульдог безжизненно повис на Юнге, не разжимая челюстей. Он был мертв.

Юнг опустился на колени и на миг снова потерял сознание. Очнулся он оттого, что услышал невдалеке свирепое рычание и понял, что если не отделается сейчас же от мертвой собаки, то погибнет в зубах бульдогов. Лезвием кинжала он разжал челюсти мертвого животного и вскочил на ноги – в глазах у него потемнело: сразу несколько собак мчались на него с двух сторон.

"Вот они, стражи этой загадочной стены!" – успел подумать Юнг и ринулся в бурный поток.