Р.Яров

ДО СВИДАНИЯ, МАРСИАНИН!

Ваша оценка: Нет Средняя: 5 (2 голосов)
    Дом был крайним в поселке, и дорога сразу пошла вниз. Дорожная пыль, холодная сверху, чуть глубже хранила дневное тепло. Это открытие понравилось мальчику; некоторое время он шел, закапывая ноги поглубже, потом внезапно опомнился. Он ушел далеко и, оглянувшись, не увидел ни вершины холма, ни своего дома, ни остальных, более высоких домов. Огонь впереди тоже исчез, другой холм заслонил его. Мальчик остановился. Он видел небо со всеми маленькими звездочками, такое чистое, будто бы даже немного влажное и глянцевитое, как только что полученная переводная картинка. Он вспомнил вдруг тусклое стеклянное небо большого города и, не колеблясь, двинулся дальше, поглядывая вверх, стараясь отыскать Марс. Чувство безопасности вернулось к нему, и ему стало весело.

КОМПОНЕНТ ГЕНИАЛЬНОСТИ

Ваша оценка: Нет Средняя: 5 (1 голос)
    Дрессировщик снова взял кусок мяса.
    — Не помню. Садитесь, вон табуретка.
    — Благодарю вас. — Посетитель сел. — Мне нравится ваше мастерство, но ничего нового вы не делаете. Вы начинаете не с того, чем кончил ваш предшественник, а с того, с чего начинал и он...

ГОРЬКИЕ СЛЕЗЫ

Ваша оценка: Нет Средняя: 5 (1 голос)

По обеим сторонам длинного коридора тянулись двери. Мимо них, навстречу технику без диплома Пете Хватову, шел плотный, осанистый, уверенный в себе человек. В его новых ботинках отражались розовые плафоны. Костюм из переливающейся ткани менял цвет при каждом шаге, и булавка, поддерживающая темный галстук, тоже была, как маленький светильник. Он не посторонился при встрече, и Петя вынужден был отступить в сторону, но из гордости сделал это в последний момент. Человек, явившийся из далекой дали управленческого коридора, задел его слегка локтем, буркнул что-то и, не оборачиваясь, проследовал дальше. Петя поглядел ему в спину. Ни одна дверь не открылась, и свидетелей невежливого поступка не оказалось.

Вторая Стадия

Ваша оценка: Нет Средняя: 5 (1 голос)

Строители уехали, и жильцы нового дома остались один на один со своими заботами.

Конечно, выбрать люстру или вколотить гвоздик под дедушкин портрет — дело глубоко личное. Но существовала задача, решить которую можно было только сплоченными усилиями.

Последний дом на последней улице города, громадный, белый, похожий на океанский корабль, — он принимал на себя все суховеи и песчаные бури, несшиеся с отвратительного пустыря, который простирался так далеко, что даже с десятого этажа края его не было видно. Кроме того, вблизи от дома пустырь был весь испещрен холмиками, оставшимися от строителей. Даже самые лучшие археологи мира не нашли бы при раскопках этих куч ничего, кроме битых кирпичей, ржавой проволоки, в лучшем случае — подошвы. Но все это могло вызвать восторг не раньше чем через пять тысяч лет. А пока эстетическое чувство жильцов подвергалось беспрерывному оскорблению.

Ленты новостей