Мотыльки на свет

Голосов пока нет

— Все! Опустились! — устало проговорил Невиль и откинулся на спинку кресла.

С минуту они молчали, взволнованные торжественной тишиной, наступившей после выключения тормозных двигателей. Оба, конечно, думали сейчас об одном и том же: если сигналы сверхмощного радиоизлучения, уже давным-давно отмечаемые в районе этой планеты, действительно подавались высокоорганизованной разумной цивилизацией, то тогда им, Невилю и Бельеру, выпало счастье своими глазами увидеть живых существ инопланетного происхождения. Впрочем, могли ли они считать себя первооткрывателями? Ведь едва на Земле зарегистрировали эти сигналы, в космос отправился самый совершенный в ту пору звездолет, который должен был долететь до планеты через 180 лет. Ничего страшного! Достигнутое на Земле долголетие это позволяло. Затем, 150 лет спустя, когда появились более совершенные конструкции, стартовал еще один, идущий уже со световой скоростью звездолет. Понятно: ведь всем на Земле хотелось как можно скорее узнать о природе сигналов и, может быть, впервые встретиться с чужим разумом. И наконец — третий, их надпространственник “Привет”, который затратил на путь сюда лишь несколько месяцев.

Забавно, но все три корабля должны были добраться до планеты почти в одно и то же время. Ну что же, все экипажи вернутся домой на их “Привете”, и уже через несколько месяцев Земля будет все знать.

— Интересно... какими они могут быть? — нарушил молчание Бельер.

— Это мы сейчас увидим, — отозвался Невиль, протягивая руку к большой оранжевой кнопке

Засветился экран кругового обзора. Земляне впились глазами в появившееся изображение.

Звездолет, родной звездолет “Привет”, так долго бывший для них всем — средством передвижения, домом, частицей родной планеты, — теперь стоял на ослепительно зеркальной, непогрешимо ровной поверхности, тянувшейся во все стороны до самого горизонта. На этой поверхности размещались странные, совершенно непохожие друг на друга предметы самых причудливых форм, Зрелище было до того удивительным и невероятным, что Невиль и Бельер, еще минуту назад готовые увидеть все, что угодно, вдруг почувствовали себя, как Алиса из древней сказки — в Зазеркалье.

Уже одетые в скафандры, в выходном шлюзе, они немного замешкались.

— Не кажется ли тебе странным?.. — начал Бельер.

— Кажется!

— ...почему все эти предметы так резко отличаются друг от друга? По-моему, ни одна из форм не повторяется дважды...

Невиль, более спокойный и сдержанный, пожал плечами. Как раз в это время открылся люк. В глаза землянам ударил яркий свет непривычного светло-голубого солнца. Невиль и Бельер медленно стали спускаться по легкой лестнице.

— Я вас попрошу побыстрее! Они испуганно переглянулись.

— Это не ты?.. — начали оба одновременно.

— Да-да! Я обращаюсь к вам, спускающимся по лестнице! Прошу вас поспешить, сегодня у меня много работы!

Окончательно растерявшись, они спустились наконец вниз. У подножия “Привета” их ожидало существо совершенно земного вида; оно было голубоглазо, черноволосо, белозубо и завернуто в широкую свободную одежду, похожую на пестро раскрашенную простыню или тогу древнеримского сенатора.

— Да-а, — протянуло существо, придирчиво и, может быть, даже бесцеремонно рассматривая пришельцев. — По-моему, таких, как вы, я уже встречал.

Лицо существа изобразило задумчивость, а потом просияло:

— Ну да! Четыре дня назад, опять в мое дежурство! Скафандры отличные от ваших, но тип я узнал безошибочно. И еще! Дней пятнадцать назад, но тогда, правда, дежурил напарник... То же самое: скафандры совсем уж, знаете ли, но тип тот же самый. Ну а их корабли... — существо покачало головой.

— Так они долетели?! — воскликнул Бельер и стал осматриваться по сторонам, отыскивая среди причудливых сооружений архаичный, но хорошо знакомый контур первого звездолета МКЦ5510 или более совершенный, но теперь тоже отошедший в прошлое контур “Астронома”.

— Мы их взяли, — коротко ответило существо.

— А вы... э... вы тоже наш соотечественник? — сказал Невиль первое, что пришло в голову. — Вы так хорошо говорите на нашем языке...

— Ваш звездолет, видимо, надпространственник? — спросило существо, оставляя вопрос Невиля без ответа. — И вы, без сомнения, убеждены, что выход в надпространство — это предел скорости?

— Да, — выдавил из себя Невиль.

На лице существа обозначилась тень разочарования.

— Так я и полагал. Похожий образец, кажется, уже попадался. Сюда ведь многие прилетают, — широким жестом существо обвело странные предметы вокруг “Привета”.

— Так это звездолеты?! — вскричал Невиль.

— Правильно! Видите, вот тот звездолет, третий справа... он из другой звездной системы. Вы только посмотрите, какие размеры, размах, мощь! А летели они, между прочим, в тысячу раз быстрее, чем вы. И это далеко не предел. Мы сами, например...

— В тысячу раз? — недоверчиво сказал Невиль.

— Примерно, — ответило существо, — но вы не расстраивайтесь.

— А мы не расстраиваемся, — обиделся Невиль.

— И вообще, кто вы такой? — вмешался Бельер, хранивший угрюмое молчание.

— Прошу прощения, забыл представиться — я Веегресий Лотана, дежурный по приему звездолетов. Вы будете триста девять тысяч семьсот восемьдесят пятыми по счету. Вопросы есть?

— Конечно, — хмуро сказал Бельер. — Откуда вы знаете наш язык?

Лицо Лотаны омрачилось.

— Вот-вот, — сказал он устало. — Те, предыдущие с вашей планеты, тоже об этом спрашивали. И вы не можете пока этого понять. Пока... — подчеркнул он многозначительно. — Но пройдут на вашей планете десятки тысяч лет, вы станете совершеннее, тогда...

Высоко-высоко послышался нарастающий гул. Все трое одновременно подняли головы. На лицо Лотаны легла тень досады.

— Еще один! Мне всегда не везет: как мое дежурство, звездолеты начинают сыпаться дождем.

Он немного поколебался. Потом, решившись, сказал:

— Вы стойте здесь и никуда не отходите. А я сейчас же вернусь. Вот только встречу новый звездолет.

И Веегресий Лотана словно растворился в воздухе.

Они угрюмо сидели, скрестив ноги по-турецки, прямо на этой ровной зеркальной поверхности.

— Что ты обо всем этом думаешь? — спросил Невиль.

— Черт знает что такое! — отозвался Бельер.

— Триста девять тысяч восемьсот семьдесят пятые, — пробормотал Невиль. — Это мы...

— Семьсот восемьдесят пятые, — поправил Бельер. — Да-да, он сказал именно так.

— А не улететь ли нам домой? — сказал Невиль. — С надпространственной скоростью...

Но договорить он не успел: перед землянами вновь возник дежурный.

— Прошу прощения, я заставил вас скучать.

— Да пустяки, — вежливо сказал Невиль, — не стоит...

Поднимаясь, он взглянул налево. Слева стояли еще двое космонавтов в скафандрах нечеловеческой конструкции.

— Вот, только что прибыли, — сказал Лотана.

— Невиль, — представился Невиль, делая шаг к только что прибывшим и решив про себя ничему больше не удивляться.

— Бельер, — назвался Бельер.

— Ар, — указал на себя первый из космонавтов.

— Зах, — назвался второй.

— Летели с надсветовой скоростью? — спросил Бельер, чтобы завязать беседу.

— Летели, — ответил Ар.

— Отметили в районе этой звезды сигналы сверхмощного радиоизлучения? — спросил Невиль.

— Отметили, — пробормотал Зах.

Странно, они прекрасно понимали друг друга. Новоприбывшим показалось, что земляне заговорили, как они сами, а экипаж “Привета” был совершенно уверен в том, что ответы прозвучали по-земному.

А Веегресий Лотана отошел в сторону и требовательным, критическим взглядом продолжал осматривать “Привет”.

— Да, все-таки что-то есть, бесспорно, — бормотал он, — может быть интересным. Хотя, конечно, грубоват во внешних формах.

— Что значит — грубоват? — снова обиделся Невиль.

— Не кипятитесь! Без вас у меня полно забот. Лучше помолчите и послушайте, что я скажу. Пора внести в дело ясность.

Он оглядел всех четверых одного за другим. Ярко светило странное светло-голубое солнце. Его лучи отражались в зеркальной поверхности гигантского космодрома, играли на стеклах шлемов космонавтов. Все четверо поняли, что сейчас Веегресий Лотана скажет что-то очень важное.

— Вы, конечно, прилетели сюда, потому что зарегистрировали сверхмощное, непохожее на все другие излучение?

— Правда, — согласился Невиль.

— Да, — ответил Зах.

— Тогда вам полезно будет узнать, что ни этой планеты, — Лотана постучал ногой по зеркальному металлу, — ни соседних планет, когда я родился, еще не было. Все они созданы искусственно.

— Искусственно?! — вскричали все четверо хором.

— А что тут удивительного? — спросил Лотана. — Далеко не первый случай в нашей практике. И не последний, конечно.

Он замолчал, вероятно обдумывая, как лучше сказать то, что собирался.

— Здесь стоят триста девять тысяч семьсот восемьдесят шесть звездолетов. Все они прилетели сюда на мощное радиоизлучение...

Он еще раз посмотрел на “Привет”.

— В общем, ваш звездолет я регистрирую. А ваш, — он обернулся к Ару и Заху, — ваш звездолет почти такой же, как у них, разница очень незначительная. Если хотите, можете улетать хоть сейчас.

Ар и Зах обескураженно молчали.

— С вами же дело обстоит так, — обратился Лотана к Невилю и Бельеру. — Вся эта планетная система создана по предложению группы ученых, занимающихся сравнительной космитехнофизиологией. Рассудили так. Изучать на местах даже нашей супердолгой жизни не хватит. И решили — пусть звездолёты сами слетаются к нам. Эта планета как раз и предназначена для изучения космической техники в натуре. Итак, с вашего позволения звездолет останется здесь. Разумеется, когда он будет изучен в достаточной мере, мы его вернем к вам на планету. Правда, предупреждаем, не сразу...

— А мы?! — вскричали земляне одновременно.

— Спокойно... Специалисты побеседуют с вами. Некоторое время понаблюдают за вами... Это будет на соседней планете, там созданы привычные условия для всех экипажей. Может быть, вам так понравится, что вы не захотите возвращаться. Но если пожелаете, мы вас переправим домой. Очень быстро, в считанные мгновения...

Невиль без сил опустился на ослепительно зеркальную поверхность. Бельер хотел что-то сказать, открыл рот... и махнул рукой. Высоко в небе послышался нарастающий гул. Веегресий Лотана поднял голову.

— Еще один! — вскричал он. — Ну и денек!

 

 


"Юный техник" № 4 за 1978г.
OCR - Вадим Аносов, 2001г.